Я хотела бы, чтобы он был другим. Он точно не подходит на роль бойфренда. И еще у него есть девушка. По крайней мере, я думаю, что есть. Сучка Линг.

Внезапно мы идем в противоположном направлении от моих друзей. Хмуря брови, я спрашиваю:

— Куда мы идем?

Он безэмоционально отвечает:

— Я сказал им, что забираю сегодня тебя на свидание.

Он смотрит на меня, и его губы подергиваются:

— Николь, кажется, я понравился. Дэвиду не очень.

Я поддеваю его:

— Это потому, что внешность обманчива! Никки – безнадежный романтик, в то время, как Дэйв может учуять дерьмо за милю.

Он не отвечает, просто продолжает меня вести, кивнув головой. Мы останавливаемся в пустом углу комнаты, и Твитч рассматривает мой костюм.

Чем больше он смотрит, тем больше кажется разгневанным. И вдруг я цепенею, понимая, что сделала неправильный выбор. Стараясь увести от себя его внимание, я спрашиваю:

— Кем предполагается, ты нарядился?

Его пристальный взгляд еще немного путешествует по моему телу. Чуть позже, его прикрытые глаза, наконец, добираются до моих. Рассмотрев мое лицо достаточно долго, он, в конце концов, отворачивается и смотрит в толпу:

— Любовью.

Все мое тело покрывается мурашками, и я, однозначно, дрожу.

Любовь? Он — Любовь? Что за ерунда? У меня с ним очень разное представление о любви. Это печально. Просто... печально.

Поймав мой взгляд, он хмурится:

— Не делай этого.

Мое лицо вытягивается, и, как только я собираюсь спросить его, что он имеет в виду, он добавляет:

— Не испытывай жалость ко мне. И не думай, что ты знаешь меня. Ты ничего обо мне не знаешь.

Мое лицо вспыхивает, желая избежать ссоры, я отпускаю его рукав, и начинаю отходить от него. Он ловит мою руку, и крепко ее удерживая, ведет меня в другом направлении. Сбитая с толку, я тихо спрашиваю:

— Куда мы идем?

Он долго ведет меня, прежде чем отвечает:

— Я проведу тебе экскурсию по моему дому.

Он только что сказал, что это его дом? Это его дом?

С открытым от удивления ртом, вслед за ним я выхожу из танцзала, далее вниз по коридору, а потом вверх по узкой лестнице. Когда мы поднимаемся наверх, он поворачивается, чтобы посмотреть на меня и получше разглядеть мое однозначно очевидное удивление.

— Не будь так потрясена, Лекси. Ты знаешь, чем я зарабатываю на жизнь. Деньги приходят легко. Потратить их еще легче. И у меня не много отдушин.

Его скучающий тон превращается в раздраженный.

Когда он притягивает меня ближе, я говорю:

— Линг – твоя девушка?

Украдкой наблюдая за ним, я замечаю, что его уголки его губ подрагивают:

— Это имеет значение?

Да!

Подражая его скучающему тону, я нагло лгу:

— На самом деле, нет. Пока это не касается меня или мужчин, с которыми я… хммм… встречаюсь.

Он сильно хватает меня за руку, и внезапно я оказываюсь прижатой к стене. Тяжело дыша, я наблюдаю, как из темного принца он превращается во что-то демоническое. Его глаза вспыхивают, а лицо в гневе искажается; наклонившись, он через платье хватает мой бугорок, и произносит сквозь сжатые зубы:

— Никто не прикоснется к тебе. Ты поняла это? Больше никто не получит тебя, и не будет с тобой так долго, как я хочу тебя. И после того, как я закончу с тобой... — он проводит языком по линии моего подбородка. Я часто моргаю. Он прижимает свою эрекцию к моему бедру: — ты никогда больше не будешь удовлетворена. Никто никогда не позаботится о тебе так, как я. Так как я знаю, ты хочешь. Я знаю, что тебе нужно, Лекси, даже если ты не знаешь сама. Но я научу тебя.

Мое сердце практически выскакивает из груди.