Дайана Кобичер. Неужели это он?
Пролог
Ветер с моря насквозь продувал темные и пустые улочки вечернего Остенде. Старенький автомобиль неуверенно катил по дороге, пока не выехал за пределы сонного городка. Здесь шоссе прижималось почти к самому берегу, впереди светились окна одинокого двухэтажного строения. Машина притормозила у невысокой ограды, и дверца открылась. Молодой человек выбрался наружу. Растерянно оглядываясь, он подошел к парадному крыльцу. Красивая бронзовая табличка слева от входа гласила: «Дом-музей Джеймса Энсора». Чуть ниже висело объявление на трех языках: английском, французском и фламандском: «В связи с окончанием туристического сезона экспозиция закрыта. Просьба пользоваться служебным входом». Парадным входом, судя по огромному замку, не пользовались уже по крайней мере месяц. Спотыкаясь в темноте и проклиная все на свете, молодой человек обошел дом вокруг, пока не оказался перед простой деревянной дверью. Вместо звонка у двери висел старомодный колокольчик, в который он после некоторого размышления и позвонил. Дверь немедленно открылась, и на пороге показалась молодая женщина. — Простите, ради Бога, я ищу дом менеера ван дер Блоома и, похоже, опять куда-то не туда заехал. Хотя мне так и объясняли в Брюсселе: двухэтажный дом почти на берегу моря, сразу за городом. — Вы не в ту сторону свернули, когда въехали в город, — сказала девушка приятным грудным голосом. Зайдите в дом — я вам покажу по карте. — Спасибо вам огромное, — обрадовался молодой человек, входя в небольшую комнатку, служившую гостиной. — Кто там, Домино? — услышал он мужской голос откуда-то из коридора. — Все в порядке, па, — отозвалась девушка. — Турист заблудился, ему нужно посмотреть карту. — Я вообще-то не турист, — улыбнулся молодой человек. Улыбка у него была просто очаровательная. — Я работаю в Брюсселе в одной фирме, а ван дер Блоом ее представитель в Остенде. Меня отправили к нему под начало. Но долго я тут не задержусь — через пару месяцев они меня позовут назад, вот увидите. — Вы, наверное, устали и замерзли, — улыбнулась девушка. — Хотите чаю, пока я найду карту? — Честно говоря, было бы здорово! Я Поль… — сказал он, протягивая ей руку. — Доминик… Доминик ван Блоом. — Она застенчиво пожала ему руку. Пока Доминик возилась с чаем, Поль смог ее украдкой рассмотреть. На вид ей было года двадцать два. Лицо округлое, не особо примечательное. Глаза, правда, большие, светло-карие, но застывшее в них выражение робости делало их тусклыми. Волосы темно-русые, с красивым каштановым отливом и, наверное, густые, однако об этом можно было только догадываться, так как они были гладко зачесаны назад и стянуты узлом на затылке. На девушке был рабочий халат, живописно покрытый пятнами масляной краски самых разнообразных цветов. — Вы тут работаете? — поинтересовался Поль, когда Доминик подала ему чай и тарелку с сандвичами. — И работаю и живу, — отозвалась она, роясь в ящиках стола в поисках дорожной карты. — Мой отец — директор музея, я ему помогаю. — Этот Энсор, он что, какая-нибудь местная шишка? — Он был художник, — улыбнулась Доминик. — Очень хороший. Хотите, как-нибудь зайдите — посмотрите его картины. Правда, мы сейчас закрыты, но вам я могу все показать. — Да, надо будет как-нибудь заглянуть, — сказал Поль без особого энтузиазма. — Слушайте, а куда вы ходите отрываться? — Простите? — не поняла Доминик. |
