Малкольм уже давно чувствовал, что Серрей не огорчится из-за его побега. Сегодняшняя беседа только укрепила его в этом убеждении. Шотландец не знал и не желал знать, связано ли это с их старой дружбой или с несомненной неприязнью графа к отцу и брату. Вполне возможно, оба этих чувства имеют равное значение. Какая разница? Гораздо важнее сейчас было неожиданное появление короля. Множество чужих глаз и двойная стража вокруг замка могли создать нежелательные проблемы. Следовало подумать об этом.

– Как ты считаешь, он не мог приехать из-за того, что что-то узнал обо мне? – спросила Джейми, выходя из-за экрана.

Уже приготовленные слова застыли у Малкольма на языке: дыхание прервалось, а взгляд устремился к возлюбленной, как умирающий от жажды стремится к спасительной воде.

– Неужели я так изменилась? – озабоченно воскликнула Джейми. – Похудела, наверно?

– Нет, Джейми. Ты, как всегда, прекрасна.

– Но ты так странно на меня смотришь.

Не находя слов, Малкольм просто прижал ее к груди. Буйная, пьянящая радость Переполнила его при виде любимой – живой и здоровой, с улыбкой на сияющем лице.

– Это я изменился, – прошептал он ей на ухо, когда вновь обрел способность говорить. – Никогда не думал, что могу любить тебя больше, чем уже люблю, но теперь вижу, что это возможно. Моя любовь становится сильнее с каждым мгновением. От одной мысли о тебе я словно возношусь на небеса! – Он откинул с лица Джейми мокрые волосы и взглянул ей в глаза. – Без тебя я – жалкий безумец, а с тобой – всемогущий бог. Когда я думаю о том, что ты жива и невредима, мне хочется упасть на колени и…

Джейми привстала на цыпочки и поцелуем заставила его наконец замолчать.

Кадди вежливо кашлянула. Влюбленные отпрянули друг от друга, потрясенные силой своего чувства. Не выпуская Джейми из объятий, Малкольм подвел ее к креслу и усадил к себе на колени.

– Так как ты думаешь, Малкольм, приезд короля не может быть связан со мной?

– Об этом я спросил у Серрея, он говорит, едва ли. – Малкольм проследил глазами за Кадди. Та деликатно удалилась в другой конец комнаты, очевидно, не желая мешать влюбленным. – Он считает, что Генрих просто соскучился по Кэтрин. Он заехал сюда во время охоты, даже не известив герцога. Словом, это выглядит как чистый каприз.

Джейми вздохнула с облегчением, но тут же на лице ее вновь отразилась тревога.

– А это не помешает нашим планам?

– Будь у нас время подумать, – ответил Малкольм, нежно гладя ее по руке, – я бы сказал, что появление короля – большая удача для нас.

– Почему?

– А потому, – улыбнулся Малкольм, – что теперь Кэтрин не сможет шпионить за нами по ночам и не помешает нам бежать.

– Бежать… – мечтательно повторила Джейми, лицо ее озарилось улыбкой. – Скажи, что мне надо делать?

В зале готовились к пиру. Генрих Восьмой, король Английский, казалось, не замечал царившей вокруг суеты: он рассматривал кольцо с огромным изумрудом, поворачивая его так и этак на мясистой ладони. Затем он взялся за цепочку, продетую в кольцо, и начал раскачивать его перед глазами.

– Что скажете, государь? – спросила Кэтрин, игриво поглаживая его колено и от души надеясь, что король не уловит в ее тоне излишнего нетерпения. – Это ваше?

Генрих молчал, хмуря мохнатые брови.

– Так ты говоришь, Кэт, это кольцо находилось у твоей кузины? – спросил он наконец.

Кэтрин бросила взгляд в сторону Мэри.