Нет уж, теперь она не та наивная девчонка. Она не перепутает жалость к раненому с любовью.

Джейми покачала головой и закрыла глаза. Прошлое ушло безвозвратно, и воспоминания приносят только боль. Теперь Малкольм принадлежит другой женщине. Он потерян навсегда.

Джейми заставила себя открыть глаза. Все это – пустые мысли. Малкольм тяжко болен, и она должна помочь ему выжить – это единственное, что сейчас имеет значение. При чем тут ее собственные чувства и страдания? Джейми снова взялась за кружку. Все силы ума и души должна она использовать, чтобы помочь Малкольму выиграть эту битву за жизнь.

Глава 11

Утренний ветерок принес в спальню свежий запах роз.

В первых бледных лучах рассвета усталые глаза Малкольма различили кресло у кровати, а на кресле – неясную фигуру, завернутую в одеяло. Осторожно, чтобы не потревожить раненую ногу, поворачиваясь на бок, Малкольм видел, как и Джейми тоже ворочается в кресле, скованная беспокойной дремотой.

Малкольм не мог не заметить, что Джейми стала необыкновенной красавицей. Он всегда знал, что так и будет. По ее плечам мягкими волнами спускались распущенные черные волосы. Высокий лоб, скульптурно очерченный нос, аристократические скулы, полные чувственные губы – все это вместе сделало бы честь мадонне с полотна какого-нибудь итальянского мастера. Те же черты, что много лет назад, когда Джейми была еще девчонкой-непоседой – но сейчас девушку окутывала мягкая аура женственности, не чувствовать которой Малкольм не мог. Такой он ее еще не видел. Если не считать ее странного появления на свадьбе, длившегося всего несколько минут, он вообще не видел ее взрослой.

Навсегда запомнился Малкольму день отъезда Джейми во Францию. Она разыскала его в замке и, оставшись с ним наедине, робко попросила поцеловать ее на прощание. Малкольм помнил, как наклонился и нежно поцеловал ее в лоб. На личике девушки отразилось явное разочарование, и Малкольм поспешил заверить ее, что в следующую их встречу она станет совсем взрослой – вот тогда-то, добавил с улыбкой, он и поцелует ее как следует! Однако Джейми не утешилась этим обещанием: она хотела поцелуя сейчас, немедленно! Малкольм невольно бросил взгляд на пухлые губы спящей девушки. Да, она очень выросла…

«Должно быть, я свихнулся», – сказал себе Малкольм, осторожно сгибая и разгибая руку. Он смутно помнил, что и ночью, в полусне, поворачиваясь на правый бок, неизменно видел у своей постели кресло и белую фигуру. Похоже, Джейми провела здесь всю ночь.

Жар спал, и впервые за много дней голова у Малкольма была ясной. Не без труда сдвинув легкое одеяло, он высунул ногу и с облегчением вздохнул, почувствовав на коже веяние ветерка. Джейми снова заворочалась в кресле. Как же неудобно ей здесь спать! Или, может быть… новая мысль поразила Малкольма… может быть, ей одиноко? Из разговоров он понял, что ее любовник уехал, и уехал не на один день. Быть может, ей плохо спится, если рядом не храпит английский боров?

Вдалеке послышался крик петуха. Представив себе Джейми, лежащей в постели Эдварда, Малкольм пришел в ярость: недолго думая, он толкнул кресло ногой, и Джейми упала.

По счастью, подушка и одеяло предохранили ее от удара головой о каменный пол. Выпутавшись из своего кокона, Джейми приподнялась на локтях и ошарашенно осмотрелась вокруг. Уже утро. И вторую ночь она провела в кресле рядом с Малкольмом. Джейми откинула одеяло и села. Должно быть, во сне она умудрилась раскачать кресло, вот и поплатилась. Потирая затылок, Джейми поднялась на ноги и поставила кресло на место.