Джейми улыбнулась в ответ, задумчиво глядя на младенца. Что-то изменилось в ней: казалось, она начала понимать сердцем то, что раньше понимала только разумом. Разумеется, Джейми уже много лет знала, откуда берутся дети; но только теперь почувствовала, какая тайна кроется за простыми, ничего не значащими словами, улыбками, обменом взглядами.

В дни своей прежней любви к Малкольму Джейми любила его как ребенок, а не как взрослая женщина. Тогда она не знала ни испепеляющего желания, ни мечты о материнстве. Еще не знала…

– Говорят, мастер Грейвс скоро вернется, – заметила Нелл.

– Да, – ответила Джейми. – Он говорил, что после полудня зайдет проведать тебя и маленького.

– Хороший он человек, мастер Грейвс, – среди образованных такие не часто встречаются. Только зачем он хлопочет над нами, словно наседка над цыплятами? Я уже столько раз рожала, что знаю об этом, конечно, больше его. А малыша я осмотрела сама – с ним все в порядке. Конечно, он лекарь и человек ученый – но, сказать по совести, что мужчина может понимать в беременности, родах и во всем таком?

– Послушать твоего мужа – так он во всем этом разбирается получше тебя!

Нелл досадливо хлопнула рукой по колену.

– Чуяло мое сердце! И что же он болтает?

– Я встретила его по дороге сюда, у конюшен, – улыбнулась Джейми, продолжая нянчить ребенка. – Там собралась такая толпа, что я подумала, уж не явились ли к нам цыгане?

– Ну какие там цыгане! Это мой муженек трепал языком на потеху всему народу!

– Эван – прекрасный рассказчик, я сама заслушалась.

– Век бы его не видать и – не слыхать! – проворчала Нелл.

– Когда он разъяснил все о беременности и дошел до самих родов, все прямо замерли.

– О боже! – густо покраснев, воскликнула Нелл.

Среди слушателей были мальчишки, и Эван начертил им на земле картинку, чтобы объяснить, откуда именно появляется ребенок.

– Прибью мерзавца!

– Не переживай так, Нелл, он гораздо больше рассказывал о собственных волнениях и страданиях. По его словам, самое страшное в родах – то, что роженица своими стонами никому в доме не дает спать!

– Ну, попадись он мне только! – И Нелл сверкнула глазами в сторону двери.

– Ну а если серьезно, – с улыбкой закончила Джейми, – то Эван гордится тобой и в восторге от малыша.

. – Это верно, – улыбнулась в ответ Нелл. – Такие мужчины редко встречаются. Эван просто обожает детишек: ему нравится, когда вокруг все время копошатся малыши.

– Он, наверно, захочет еще детей?

– Может быть, – поморщившись, ответила Нелл. – Но пока я в здравом уме, этому не бывать! Пусть себе хочет, мне-то что за дело? Я ведь, вы знаете, не молодею с годами. Кстати, если уж зашла об этом речь: думаю, Эван-то и позвал ко мне мастера Грейвса! Не иначе, решил удостовериться, что я смогу рожать и дальше!

– Бог с тобой, Нелл! Хочешь уверить меня, что ты старуха? Да ты сможешь родить еще полдюжины!

– Нет, вы только себя послушайте! – расхохоталась Нелл, но затем, став серьезной, добавила: – Я, госпожа, люблю детей, но все-таки десять маленьких бесенят – многовато. А уж больше…

– Тебе лучше знать, Нелл, – согласилась Джейми.

Нелл смущенно заерзала на скамейке, словно хотела что-то сказать, но не могла решиться.

– Нелл, я слушаю, – тихо подбодрила ее Джейми, гладя малыша по головке.