– Иди сюда, к нам, – негромко позвала она, протянув к ней руку. – Лучше будет, если ты услышишь эту новость от нас – близких тебе людей. – Она нерешительно оглянулась на Малкольма. – Мы постараемся ответить на все твои вопросы.

– Леди Френсис, я в этом не участвую, – мрачно отозвался Малкольм.

Ноги у Джейми подгибались, осторожно, мелкими шажками она добралась до кресла и почти рухнула в него. Девушка не могла даже предположить, что сейчас услышит, но догадывалась, что этой новости суждено круто изменить ее жизнь.

Глубоко вздохнув, Френсис снова обратила растерянный взгляд на Малкольма.

– Дорогая, я решила поговорить с тобой сама, побоявшись, что Серрей будет недостаточно деликатен, но теперь даже не знаю, с чего начать.

– Начните с начала, леди Френсис, – угрюмо процедил Малкольм, опершись о стол. – И продолжайте, пока не дойдете до конца.

Френсис повернулась к Джейми:

– Возможно, тебе уже рассказывали об этом родители, точнее те, кого ты привыкла называть родителями.

– Да с какой стати? – воскликнул Малкольм, стукнув кулаком по столу и выпрямившись в полный рост. – И где Серрей? Почему не придет сам и не объяснит, что тут затевается? Что это за интрига, леди Френсис? Кто и почему выбрал такой способ сообщить Джейми о ее происхождении? Что за всем этим стоит? К чему это приведет?

– По совести сказать, Малкольм, я сама хотела бы узнать ответ, – промолвила Френсис, устало опускаясь в кресло.

– Ради бога! – взмолилась Джейми. – Прекратите обсуждать меня, словно меня здесь нет! Я догадываюсь, что ваша «тайна» чрезвычайно важна для меня и моих родных, и хочу услышать ее немедленно! Малкольм! В конце концов, ты мой соотечественник.

Френсис подняла голову, и в ее взгляде Джейми прочла смущение, сострадание, печаль – и ответ на мучившую ее загадку.

– Нет, Джейми, – произнесла она. – Ты чистокровная англичанка. А твой отец – король Англии.

Глава 30

Словно ледяная стрела пронзила ее от макушки до пят, пригвоздив к месту.

– Нет! – непослушными губами прошептала Джейми.

– Твоя мать, Мэри Болейн, была родной племянницей его светлости герцога Норфолка. Некоторое время она была любовницей короля Генриха; затем бежала на континент, где тайно родила тебя. После смерти Мэри твоя тетя Элизабет Болейн и ее муж Эмброуз Макферсон воспитали тебя как собственную дочь. Малкольм, подтвердите, что я говорю правду!

– Я ничего не могу утверждать, – процедил Малкольм. – Я слышал, что у Мэри был сын, который умер в младенчестве.

Френсис удивленно взглянула на Малкольма. Но Джейми не могла обманывать себя: один взгляд в лицо Малкольму – и стало ясно, что Френсис говорит правду и он это знает. Он просто старается защитить ее от страшного известия.

– Френсис, расскажите мне все, что знаете, – тихо попросила она.

– Дорогая, больше мне почти и нечего рассказывать. Не понимаю, почему Элизабет Болейн решила скрывать твое происхождение ото всех и от тебя в том числе.

Этого Малкольм не выдержал.

– И это, по-вашему, правда? – начал он обвиняющим тоном. – Хорошо, предположим, в подобных слухах есть доля истины; но кто вам сказал, что это вся правда? Можно подумать, Элизабет совершила преступление тем, что спрятала девочку от английских палачей! А что бы вы сделали, леди Френсис, если бы ваши сестры одна за другой гибли от руки короля?

– Но королева Анна была виновна, – пролепетала смущенная Френсис.