– А мы многого о тебе не знали, оказывается, – улыбнулась Альма.

Только Селен восприняла их похвалу довольно скупо, что-то свербело внутри. Всем все понравилось, и сестрам, и дюжине солдат, но… а когда поняла, отчего такое настроение, то аж ударить себя захотелось. Оказывается, желалось получить одобрение еще кое от кого – от деспота. Однако мерзавец и толики не попробовал. Негодяй!

– Ладно, – поднялась, отряхнула штаны от крошек, – давайте плошки.

– Да ты что? – подскочила Альма. – Посуду мыть он тебя не заставлял, – забрала у нее грязную чашку, – этим я займусь. Ты и так убила весь вечер на похлебку.

– Тебе помочь? – спросила сквозь зевоту Амина.

– Нет, я сама.

На самом деле Альме хотелось побыть одной. Последние дни все больше нравилось запереться в своих покоях и никого не видеть, ни с кем не разговаривать. Затаилась в глубине души странная обида.

Фея перетаскала посуду к реке, устроилась поудобнее на камне и взялась за дело. А вода до чего теплая, искупаться бы. К тому же река спокойная, кристально чистая, вокруг ни души. Самое то… И закончив с чашками, быстренько сбросила с себя рубаху со штанами. Спустя минуту уже плыла. Держаться старалась берега. Мысли тем временем несли себе по течению, только вот мысли тоскливые, горькие. Да, она всегда была покорной, не перечила, слушалась отца, возносила сестер, а что в итоге? В итоге оказалась никому не нужна. Из отчего дома забрали, чтобы сделать молчаливой наложницей, ненужной наложницей. Разве что в детях потом найдет утешение, а пока… пока лишь боль и отчаяние. Арману нравится Селен, да и Амина пришлась по вкусу. Про нее же он и не вспомнил ни разу. Удивительно, как из дома-то не забыл забрать.

Лучше бы забыл…

Вдруг до ушей донеслись плескания, тогда девушка юркнула в заросли, а когда выглянула, обнаружила в метрах двадцати мужчину, обнаженного мужчину. Он стоял по колено в воде. Вот это тело! Точеная фигура, широкие плечи, талия, узкие бедра и зад, от вида которого мурашки побежали по коже юной феи. Тут он потянулся к лицу и снял, как оказалось, маску. Да это же один из охранников Дакара! Эх, жаль спиной стоит. Вот бы глянуть, что там за лицо, кое так старательно прячет. Альма и не заметила, как от волнения проредила пышный куст. Но хватит подсматривать, это некрасиво и неправильно, тем более, если ее поймают, достанется всем.

И только попятилась назад, как в кого-то уперлась. В кого-то очень горячего. В этот момент у бедняжки сердце укатилось в пятки, ибо охранник, что мгновение назад преспокойно мылся впереди, исчез. Зато некто появился сзади.

– Какая встреча, – раздался низкий голос.

Альма вмиг развернулась, тут же прикрыла грудь руками. Как? Как он оказался здесь? Магия? И снова в маске, разве что по-прежнему без одежды.

– Мило, – окинул взором фею. – Подглядываем, значит. Твоему мужу это не понравится.

– Я… просто… простите, – залепетала с испугу, – я хотела искупаться перед сном… и… случайно…

– Тише, тише, – коснулся ее шеи, затем волос. – Я тебя не сдам, – и всмотрелся в глаза девушки. Нет, это не она. Пусть сестры и похожи, но у Селен взгляд такой, что за душу берет. А эта – вечно испуганная лань. Хотя… как говорят, тихони способны на многое. Да и ему всегда нравились скромницы. Или нет?

Дарий положил руки фее на талию, привлек ее к себе.

– Вы что делаете? – вытаращилась на наглеца.

– Полагаю, кто-то соскучился по ласке?

А бедняжка чуть не подавилась воздухом, тогда же вцепилась ему в руки:

– Пустите или буду кричать.