— А ваш отец любит добрый эль?

Бренна громко рассмеялась:

— Вы и понятия не имеете, где находитесь.

— Ни малейшего, — с сожалением покачал головой мужчина.

— Вас выбросило на берег Ирландии у холма Тара, где на протяжении сотен лет правили верховные короли Ирландии. С этих благословенных берегов святой Патрик изгонял язычников и змей. — Бренна гордо подняла подбородок. — В Ирландии добрая выпивка все равно что молоко матери для каждого мужчины старше шести лет.

— Хорошо, — спокойно ответил чужеземец. — Вот и посмотрим.

Гудение наполнило воздух, и пораженный нормандец увидел, что около его колена дрожит оперение стрелы, почти ушедшей в землю. Над валуном появился жилистый темноволосый мужчина с луком, на тетиве которого лежала новая стрела. Брайан, король Донегола, хладнокровно целился в грудь чужака. На его плечи была легко накинута мантия предводителя. Его вооруженная свита также была в накидках.

— Отпусти мою дочь!

Оперевшись на бочку, мужчина встал:

— Мое вам почтение, Брайан, король Донегола. Я ничего не сделал вашей дочери. — Затем значительно тише, чтобы могла слышать только Бренна, он добавил: — Хотя то же самое нельзя сказать про вас.

Сложив руки на груди, Бренна стороной обошла незнакомца. Брайан со своими людьми стремительно образовали ощетинившийся оружием круг возле нормандца. Бренна встала за спиной отца. Он обернулся и осмотрел ее быстрым взглядом. От Брайана не укрылись ни взъерошенные волосы Бренны, ни туника в песке.

— Он напал на тебя? — спросил Брайан.

— Нет, отец — тихо ответила Бренна, опуская вниз кроткий взгляд.

— Хорошо, что ты следила за чужаком, — с грубоватой одобрительностью сказал Брайан. — Но мы в любом случае нашли бы его. Не стоило так рисковать. Не делай так больше.

Губы Бренны сжались в тонкую линию. Мужчина был удивлен этими переменами в лице девушки. С тех пор как он открыл глаза, Бренна была решительно настроена. Защищая свою сестру, она нападала на него и не потеряла присутствия духа тогда, когда он прижал ее к земле, не убежала даже, когда могла убежать. Видеть ее покорной для него было очень странно.

Но долго гадать над этим у него не получилось. Брайан у-Ниалл лук не опускал.

— Зачем ты здесь? — спросил он.

— Я не могу сказать.

— Нормандцы не путешествуют поодиночке, а как волки ходят стаей. Где остальные язычники?

— Я не знаю, — ответил мужчина нахмурившись. И почему они так ненавидят его?

— Тебе лучше все рассказать мне, и побыстрее. А то я не смогу долго держать тетиву.

— Он действительно не знает, — вмешалась Бренна, кладя руку на плечо отца. — Он не помнит даже собственного имени.

— Ваша дочь права. Я помню только то, что проснулся на этом песчаном берегу.

Брайан искоса посмотрел на незнакомца, решая, можно ли ему доверять.

— Обмануть женщину легко. Однако ты ненормальный, если решил, что сможешь одурачить меня.

— А может, просто убить его? — проворчал один из свиты короля.

— Постой, Коннор, — прервала Бренна кровожадного воина. — Один нормандец нам не сможет ничего сделать. А живой он может быть полезен. От него мы узнаем о злобных людях с Севера. Уверена, он помнит больше, чем хочет нам показать. Если оставить ему жизнь, он заговорит. Если же его убить, он не скажет нам ничего.

Король немного опустил взгляд, словно обдумывал слова дочери, и мужчина облегченно вздохнул. Стрела по-прежнему смотрела ему в грудь.