— Я догадался, что ты направишься сюда, вот и приехал пораньше, чтобы развести огонь. — Мактавиш взял со стола бутылку и наполнил два высоких бокала. — Подумалось почему-то, что виски и хороший друг тебе сегодня не помешают.

— Ты всегда знал меня как облупленного, — сказал Уоррик, сбрасывая куртку, и потянулся за бокалом. — Что ж, отпразднуем мою женитьбу! Сказать по правде, хочется напиться до бесчувствия, только бы забыть эти проклятые слезы в ее глазах.

Мактавиш поднял свой бокал:

— За новую леди Гленкарин, милорд! И пусть сегодняшний день окажется для вас с нею счастливым.

Взгляд Уоррика потемнел.

— Я думал, ты явился сюда как друг, а не как обвинитель.

Мактавиш осушил бокал с обжигающим питьем и налил себе еще.

— Ты не ошибся, сынок.

Уоррик сделал большой глоток и тоже поднял свой бокал.

— Да простят меня она… и Господь.

Леди Мэри повязалась белым шелковым шарфом на манер чалмы и заглянула в шкатулку с драгоценностями. Порывшись в ней некоторое время, она извлекла на свет брошь с огромным сапфиром и приколола ее в середину своего головного убора.

— Хворь — не причина для того, чтобы забывать о своей наружности. — Осмотрев себя в зеркальце со всех сторон, она удовлетворенно кивнула и обернулась к Арриан. — Ну как, неплохо?

На ней было белое парчовое платье с черной бархатной каймой на воротнике.

— Вы всегда элегантны и неотразимы, тетушка. Что нога, очень болит?

— Хотелось бы ответить, что не очень, но, сказать по правде, она ни на минуту не дает о себе забыть.

Арриан нагнулась поцеловать тетушку в щеку, но не удержалась и обхватила ее руками за шею.

— Без вас мне будет очень тоскливо. Единственное, что меня утешает, — это что вас наконец-то будут лечить опытные доктора.

Леди Мэри украдкой промокнула глаза платком. Она никогда не была слезлива и даже гордилась стойкостью своего духа. Расплакаться же теперь, на глазах у Арриан, которая, видимо, сама держалась из последних сил, было бы куда как некстати.

— Видишь ли, Арриан, лорд Уоррик, как это часто бывает у северян, движим гордостью и упрямством. Можно сколько угодно просить и умолять его, но — думаю, ты и сама уже в этом убедилась — он не отпустит тебя со мной.

Арриан упрямо вздернула подбородок:

— Мы ни о чем не станем его просить, тетушка. Леди Мэри захотелось сказать ей что-нибудь утешительное.

— Здешняя экономка рассказала мне, что мой племянник Джейми увез невесту лорда Уоррика перед самой свадьбой. Возможно, теперь его уязвленная гордость отчасти удовлетворена, и он скоро отпустит тебя.

— Вы правда верите, что Джейми на такое способен?

— Боюсь, что Джейми еще и не на такое способен.

— А Йен? Как, по-вашему, он тоже там был?

Во взгляде племянницы леди Мэри уловила тревожное сомнение.

— Тебе об этом кто-то сказал?

— Д-Да.

— Пока что ничего не могу тебе ответить, Арриан. Но постараюсь выяснить.

Арриан убрала шкатулку в тетушкин сундук и со стуком захлопнула крышку.

— Никогда не поверю, что Йен способен на такой бесчестный поступок! — твердо сказала она. В дверь постучали, и вошла миссис Хаддингтон.

— Миледи, время принимать лекарство, не то нога у вас так разболится в дороге, что мочи не станет терпеть.

Леди Мэри покорно проглотила поднесенное экономкой снотворное.

— Вот уж не думала, что мне опять придется плыть морем.