Томми стоял около «Мерседеса», рядом находились Джуниор и Тим. Они выглядели обеспокоенными и напуганными. Фелипе крикнул им, чтобы убирались к чёртовой матери отсюда и убедились, что за ними никто не следил.

Я сел в «Мерседес» вместе с Фелипе, мы выскочили с парковки и выехали на главную дорогу. Фелипе петлял по улицам, проехал по Линкольн почти до самого Лос-Аламитос, затем развернулся и направился в Чепмен.

Когда мы приехали, остальные уже ждали нас, Фелипе остановился у входа в офис продаж, вышел и приказал всем собирать вещи.

— Куда мы поедем? — спросила Мэри.

— Найдём, куда.

— Может, они и здесь нас не найдут.

— На это рассчитывать нельзя, — отрезал Фелипе. Он осмотрел собравшихся. — У всех сохранились бомбы и детонаторы?

Мы кивнули.

— Хорошо. Давайте-ка здесь всё зачистим. Не хочу, чтобы после нас остались хоть какие-то следы.

— Сейчас же день, — возразил Тим. — В домах полно народу.

— Выполняйте.

Мы заминировали свои дома. Джеймс, Джон и Я распотрошили все мусорные баки и разбросали их содержимое по кухне. Я полил кучу мусора жидкостью для розжига мангалов, вылил остатки на ступеньки.

Отъехав примерно на квартал, мы замкнули детонаторы.

Никто этого не планировал, но дома, будто кошка языком слизнула. Выглядело потрясающе. Взрывчатка оказалась действительно очень мощной. Стены разлетелись в щепки, сквозь дыры в крышах вырывалось пламя, в одно мгновение дома превратились в гору горящей древесины.

Повсюду забегали, крича, продавцы. Я знал, что кто-то из них уже позвонил в полицию и пожарным, нажал на клаксон и указал рукой вперед. Фелипе кивнул. Он высунулся в окно и крикнул:

— Давай, за мной!

Он выехал из микрорайона, остальные последовали за ним. В районе Тастин-авеню мимо нас в обратном направлении промчались несколько полицейских и пожарных машин.

Мы выехали на шоссе Коста-Места, направляясь на юг.

Мы проехали по 55-й автостраде, свернули на 405-ю и ехали без остановки, пока Фелипе не свернул на заправку около Мишен-Вьехо. Очевидно, в пути он обдумывал дальнейшие действия, когда мы встали рядом, он приказал нам заправиться. Затем он сказал, что на несколько дней мы заляжем в Сан-Диего. Он выглядел напуганным, сказал нам платить наличными и ничего не красть — мы не могли позволить себе оставлять следы.

— Ты знаешь Сан-Диего, — сказал мне Фелипе. — Поедешь первым. Найди нам какой-нибудь неприметный мотель.

Мы поехали дальше, я ехал впереди до самого мотеля. Мы выбрали «Хьятт» — один из самых непримечательных мотелей в округе, украли со стойки ключи и разместились на среднем этаже. Покидав вещи в номерах, мы собрались у Фелипе, чтобы посмотреть новости.

О том, что случилось в «Фэмилилэнде» не сказали ни слова.

Мы посмотрели пятичасовые новости, затем выпуск в 17:30, затем в шесть, постоянно щёлкая каналами.

Ничего.

— Эти пидоры всё скрыли, — сказала Мэри.

— Что случилось с Бастером? — спросил Джуниор. Он впервые открыл рот с самого «Фэмилилэнда», говорил он подавлено и неестественно тихо.

— Не знаю, — признался Фелипе.

— Думаешь, его убили?

Фелипе кивнул.

— Кому, кроме нас есть дело, что его больше нет? — поинтересовался Джон.

Мы сидели в тишине, думая о Бастере. Я вспомнил, каким счастливым он выглядел, когда мы громили «Фредерикс», вспомнил его слова о том, что с нами он чувствовал себя молодым.

Мне хотелось заплакать.

— Даже если никто не заметил его убийства, сам факт эвакуации из «Фэмилилэнда» должен был попасть в новости, — сказал Фелипе.