— Думаешь? — с сомнением спросил Джо.

— Знаю.

Джо завёл машину, переключил передачу и мы выехали с парковки на шоссе.

Фелипе кивнул каким-то своим мыслям.

— Мы их достанем, — воодушевленно произнес он. — Порвём им жопы надвое.

— Ужас Простых Людей! — воскликнул Стив и вскинул кулак.

Я тоже чувствовал воодушевление.

— Ага!

Джо радостно вскрикнул.

Фелипе ухмыльнулся.

— Мы достанем этих пидоров.

Когда мы вернулись домой, там нас уже ждали остальные. Фелипе собрал всех в гостиной и пересказал, что произошло на встрече.

— И что будем делать? — спросил Дон.

— Убьём их, — ответил Фелипе.

Повисла тишина. Я вспомнил «Фэмилилэнд». Остальные, уверен, тоже.

— Уберем их со сцены. Пусть люди голосуют за самих кандидатов. Восстановим демократию в Дезерт Палмс.

Джеймс посмотрел на Тима. Затем они оба взглянули на меня. Мне хотелось встать и озвучить их опасения, но я промолчал. Я был там вместе с Фелипе, знал, о чём он говорил. И я был согласен с ним.

— Найдём мотель в Палм Спрингс или где-то рядом, затихнем на недельку. Пусть думают, что мы ушли. Затем ударим. — Он извлёк из внутреннего кармана куртки пистолет. На его серебристом стволе играли блики ламп.

— Да! — воскликнул Джо. — Завалим их нахер!

Стив ухмыльнулся.

— Нужно вооружиться.

— Зачем убивать? — спросил Тим. — Не понимаю, зачем нам кого-то убивать. Убийство не решит…

— Это инструмент, — перебил его Фелипе. — Основное орудие террористов.

— И единственное, что они понимают, — добавил Джо. — Иначе их не остановить.

— Считаю, нужно проголосовать, — сказал Джеймс.

Фелипе помотал головой.

— Мы грохнем этих пидоров. Помогаете вы или нет — решать вам. Но мы всё равно их грохнем.

— Нет, — сразу ответил Тим.

Фелипе пожал плечами.

— Твоё право.

Тим посмотрел на меня, но я не мог взглянуть ему в глаза. Я смотрел прямо на Фелипе.

— Собираемся, — приказал он. — Джо прав, они знают, где он живёт. Скоро они явятся. Нужно выметаться.

Той же ночью я лежал в номере мотеля и мысленно прокручивал сцену в кабинете Харрингтона. Также я вспомнил, как утром в машине Фелипе объяснял Стиву, что люди голосуют не за программы, а за знакомые имена.

Неужели все политики такие? Мне казалось, что да. Я попытался вспомнить имя своего конгрессмена и не смог. Вспомнить я смог лишь имя одного из двух сенаторов от Калифорнии, но лишь потому, что от его имени мне приходил ежегодный «Сенатский вестник», а своё имя он пихал во все газеты при первой же возможности.

Меня пробил озноб. Неужели это и есть — демократия? Неужели это всё обман, лишь видимость того, что власть находится в руках народа?

Я уснул. Мне снилось, что мы прилетели в Вашингтон и отправились прямо в Белый дом. Охрана разумеется нас не заметила, сотрудники Секретной службы тоже не обратили на нас внимания.

Я шёл впереди и первым распахнул двери в Овальный кабинет. Президент общался со своими советниками, только это не было настоящее совещание. Они указывали ему, что делать, что говорить, что думать. Президент был окружен целой толпой людей, которые наперебой поучали его, он посмотрел на нас и в его взгляде читался страх. Я понял, что он был одним из нас.

Проснулся я, прижимая к себе мокрую от пота подушку.