Немножко мрачновато у тебя,   сказал он,   ну мы с тобой постепенно все организуем, угу?

И улыбнулся. Ивик почувствовала, как валится с плеч очередной камень. Видел. Оценил. И не пришел в ужас. И даже не преминул об этом сообщить. Слава Богу!

 На подносе все выглядело аппетитно. Даже лучше, чем Марк бы сделал, Марк точно не нарезал бы хлеб, и не нашел бы в недрах ее шкафчика зеленый горошек. Желтые дрожащие ломти омлета, сухая красная колбаса, бледноватые горки горошка, булка и масло, крепко заваренный чай. Ивик подумала, что хорошо бы выразить как то свои эмоции по этому поводу, ведь всегда хорошо похвалить другого   но у нее пока язык не поворачивался. Она все еще боялась. Относилась к Кельму, как будто он был шеман, а она рядовая гэйна. Между тем разница в званиях у них вовсе не большая, да и работают они теперь вместе, можно было бы вообще эту разницу игнорировать.

   Давай сразу... я так не люблю есть, но времени мало. Рассказывай,   Кельм положил кусок омлета прямо на хлеб с маслом, хищно закусил. Ивик тоже подцепила вилкой омлет.

   Ну... вот это Дмитрий Жаров. Вы... ты его знаешь, наверное.

   Да, слышал, но не читал пока.

 Дмитрий Жаров работал за компьютером. Ивик подключилась к монитору, увидела текст и вздрогнула от огорчения. Это был сценарий. Все таки сценарий. Надо будет почитать отчет... видимо, контракт заключен. Прошляпила. Впрочем, это было почти невозможно предотвратить. Это нормально... Ивик открыла отчеты по Жарову. Ну да, конечно... Два дня назад. Когда она с мужем и детьми нежилась на озере.

   Что то не так?

   Да,   вздохнула Ивик,   он заключил все таки договор с киностудией.

   Это плохо?

 Ивик начала рассказывать. В принципе, может быть, и все обойдется. Но это рискованно в психологическом смысле. Кельм заинтересованно ее слушал.

   То есть сценарий, который он должен писать, может каким то образом уничтожить его огонь? Его суть гэйна?

   Ну... он не гэйн,   улыбнулась Ивик,   они ведь не выходят в Медиану. Но огонь   да. . Жаров, он понимаешь какой... Он мальчишка. Ему жить интересно, потому интересно писать. Он пробует, ищет что то, моделирует. Но у него семья, ребенок... машину вот купили. А здесь, на Земле ведь как... Либо деньги всерьез, либо счастье всерьез. Исключений почти нет, мне самой это страшно   но ведь правда, почти нет! Они еще бывают изредка где то на Западе, но здесь... И дело здесь даже не в том, что семья, Жаров не такой уж глубоко совестливый и заботливый семьянин, он уже развелся один раз. Дело в том, что ему и потреблять тоже интересно. Потребительские радости. Съездить в Лондон, искупаться в Средиземном море, пожить в пятизвездочном отеле. Прокатиться в скоростном БМВ. Это ему, вернее, тому мальчишке, который в нем, который умеет писать... его сути гэйна   тоже очень интересно. А это недоступно сейчас.

   Да, да, я это очень понимаю...   кивнул Кельм,   и он выбирает это. Стремится к этому. Тем более, что перед ним никто не ставит... жестких выборов, это да. Альтернатива...   он вдруг замолчал, что было непривычно. Но у Ивик екнуло сердце. Ей захотелось взять Кельма за руку. Почему то стало его жалко, показалось, что надо его успокоить. Но она на это все же не решилась.