Мисс Чаринг пропустила мимо ушей последнее замечание, но, бросив весьма сосредоточенный взгляд на Фредди, спросила:

– Это Джек сказал вам, что надо ехать в Арнсайд-хаус?

– Вот именно! Мы встретились вчера на званом вечере у Лиммеров. Он был одет в сюртук просто ужасного фасона. Джек сказал, что заказывал его у Скотта. Какая досада! В этом сюртуке он – вылитый солдафон.

– Забудьте о сюртуке, – перебила его Китти. – О чем Джек говорил?

– Ну… Он сказал мне, что несколько пресытился покроем Вестона. Его одежда больше не кажется ему стильной. Я тогда решил, будто Джек подшучивает надо мной. Посудите сами, Китти, что еще можно подумать, если человек в здравом уме несет подобные глупости?

– А обо мне он что-то говорил? – спросила Китти.

– Нет, ничего. Джек поинтересовался, получал ли я приглашение от старого джентльмена. Я сказал, что получал, тогда он посоветовал мне не пренебрегать приглашением. После этого у меня и вовсе пропало всякое желание ехать сюда. Вид, скажу я вам, у Джека был самым что ни на есть серьезным, вот только глаза у него при этом, как всегда, смеялись.

Воспоминание о том, как мистер Веструтер умеет смеяться глазами, вызвало у мисс Чаринг глубокий вздох.

– Да уж, – задумчиво произнесла она себе под нос. Секунду казалось, будто девушка готова впасть в мечтательное расположение духа, но волна меланхолии отступила так же быстро, как до того накатила. Теперь ее взгляд вновь испытующе взирал на мистера Стандена. – А Джек знает, зачем его пригласили? – поинтересовалась она.

– Ставлю Чарльстонский дворец против ночлежки, что знает, – сказал Фредди. – Думаю, именно из-за этого он сюда и не сунулся.

Мисс Чаринг напряглась.

– Вы так полагаете? – небрежным тоном спросила она.

– Не сомневаюсь, – ответил Фредди. – Тут и думать нечего. Вы его не хуже меня знаете. Джек всегда держит нос по ветру.

Мисс Чаринг выслушала это не особо лестное мнение с ледяным спокойствием, а затем, слегка приподняв подбородок, заявила:

– Признаться, я даже рада, что он не приехал. Я бы плохо о нем подумала, если бы он пошел на поводу у моего опекуна.

– Кажется, Джек и не думал ехать, – сказал Фредди.

– Похоже на то, – немного смягчившись, продолжала Китти. – Он ведь очень гордый, Фредди.

– Ну, гордецом я бы его не назвал, – словно размышляя вслух, произнес мистер Станден. – Временами он, конечно, любит поважничать, однако совсем не похож на тех заносчивых типов, которые иногда встречаются…

Мисс Чаринг, поразмыслив некоторое время, сказала:

– Я не хотела, чтобы он приезжал… Опекун ужасно рассердился, когда Джек не приехал. Может быть, мои слова прозвучат нелепо, но я уверена в том, что дедушка Мэтью думал именно о нем, затевая всю эту канитель с женитьбой. Он чуть с ума не сошел от злости, когда в Арнсайд-хаус прибыли только Долфинтон и Ретреи.

– Это вполне простительно. Не пойму, что заставило старика приглашать их, – сказал Фредди и добавил: – А я ему зачем понадобился?

– Он вбил себе в голову абсурдную мысль, будто не имеет морального права никому оказывать предпочтения. И вы ведь его хорошо знаете, Фредди! Коль он что-то решил, то это уже навсегда. Не удивлюсь, если ему и в голову не пришло, что Джек ослушается его воли и не приедет в Арнсайд-хаус.