«Кимми думает, что я давно умерла».

Интересно, как Кимми среагирует на этот призрак из прошлого? Оливия не знала, что делать. Остаться здесь, в тени, посидеть еще минут тридцать, а потом незаметно для Кимми выскользнуть из зала?

Она не сводила глаз со своей старой подруги и прикидывала, как лучше поступить. Но это же очевидно! Прошлое вновь вышло из небытия. Все открылось. Она нарушила данное Эмме обещание. Йетс и Доллинджер знают, кто она такая. Причин таиться больше нет. Защищать некого и, возможно… возможно, даже удастся спасти одного человека.

Когда выступление Кимми подошло к концу, Оливия махнула рукой официантке.

– Та танцовщица справа…

– Черная?

– Да.

– Мы называем ее Черная Магия.

– Хочу встретиться с ней. Наедине.

Официантка насмешливо изогнула бровь:

– За кулисами?

– Именно. В ее гримуборной.

– Пятьдесят баксов сверху.

– Не проблема, – ответила Оливия. Она успела снять деньги в банкомате. И даже дала девушке лишнюю десятку в благодарность за хлопоты.

Официантка проворно сунула купюру за вырез платья и пожала плечами.

– Ступайте за кулисы. По коридору направо. Вторая дверь. На ней буква «В». Пришлю ее к вам через пять минут.

Но времени прошло гораздо больше. В комнате стояли диван и кровать. Но Оливия не садилась, нервно расхаживала по вытертому ковру. Она ждала. Тело сотрясала мелкая нервная дрожь. Она слышала, как мимо двери проходят люди. Из стереосистемы полилась новая песня – «Слезы и страхи», утверждающая, что все хотят править миром.

В дверь постучали.

– Вы здесь?

Голос, такой знакомый, просто до боли! Оливия вытерла глаза.

– Войдите.

Дверь отворилась. Вошла Кимми.

– Привет. Позвольте сразу назвать цену, чтобы потом не было…

Она резко умолкла.

Несколько секунд они стояли друг против друга, слезы бежали по щекам. Кимми покачала головой:

– Просто глазам своим не верю…

Кэнди – уже не Оливия – нетерпеливо закивала:

– Это я. Я…

– Но…

Кимми прижала ладонь к губам, разрыдалась и рухнула в объятия Кэнди. Та крепко прижала ее к себе.

– Все хорошо, Кимми, все просто чудесно, – бормотала она.

– Но этого не может быть!

– Может, – сказала Оливия и погладила ее по волосам. – Я здесь. Я вернулась.

Глава 52

Лорен летела в Рино через Хьюстон.

Она купила билет на свои деньги. Ей представился редкостный шанс. Того рода шанс, который мог заставить ее бросить работу и перебраться куда-нибудь в Нью-Мехико или Аризону. Но факт есть факт. Штейнберг бы предпочел разыграть все по правилам. Она понимала его правоту, даже соглашалась с ним на словах. В конце концов решила: единственный выход – лететь, и немедленно. Йетс, этот влиятельный фэбээровец, явно что-то замыслил.

Подозрения зародились у Лорен, когда Йетс, едва выйдя из дома Лена Фридмана, вдруг резко изменился к худшему, если такое выражение вообще уместно. Повел себя странно и грубо, что обычно несвойственно федеральным агентам его уровня, и еще во всем этом крылась какая-то фальшь, Лорен нутром чуяла это. Она даже уловила в голосе Йетса панику, хотя он казался спокойным. От него пахло страхом. Йетс явно не хотел, чтобы она виделась или говорила с Оливией Хантер.