– У меня, как вы знаете, не было выбора, – сказал он.

– Выбор, профессор, у нас у всех есть, – возразил генерал. – В вашем случае речь шла о том, чтобы помочь своей стране, уберечь ее от возможных ошибок или отстраниться, доверив это архисложное дело дилетантам! И вы приняли единственно верное в данной ситуации решение!

– Осмелюсь напомнить, – сказал Дего, – что последняя попытка использовать коллапсер закончилась весьма печально. В первую очередь для тех, кто пытался, как вы выразились, помочь своей стране. Мои коллеги…

– Да, да, профессор, – его собеседник нетерпеливо закивал, – я, разумеется, в курсе. Но вы же помните, что это были за времена! И сейчас мы должны сделать все, чтобы не вернуться к тем временам, а это вполне вероятно, если позволить ситуации развиваться неконтролируемо! Подумайте над этим!

Дего глубоко вздохнул. Сейчас, как и много лет тому назад, от его мнения ничего не зависело.

– Кого вы намереваетесь послать? – спросил он.

Сонников широко улыбнулся. Эта фраза означала, что старик теперь «в деле», как выражаются уголовники.

– Разумеется, это будут проверенные люди, опытные и способные сохранять хладнокровие в любых, самых неожиданных ситуациях. Но я обещаю вам, профессор, что все они будут представлены вам заранее и готовы для любых тестов, которые вы посчитаете необходимым провести. В случае вашего обоснованного возражения мы немедленно отстраним их от дальнейшего участия в эксперименте.

– А вы понимаете, – спросил твердым голосом Дего, – что никакая квалификация, никакие тесты и самые тщательные проверки ровным счетом ничего не гарантируют? Кроме того, существуют этические соображения, по которым я не одобряю предстоящую расконсервацию. Тогда, в военные годы, мы работали ради победы, а то, что было потом, оказалось авантюрой, которая к тому же стоила жизни стольким достойным людям! И я так надеялся, что после сорок шестого эта тема будет закрыта навсегда!

– Ах, Бертран Бертранович, никогда не говори никогда!.. Это фильм такой есть про великого английского разведчика Джеймса Бонда. Вам не случалось видеть?

– Шутите, я ведь, как это принято говорить, невыездной!

– Да, простите. Ну так вот, пока господа англичане тешат себя кинофантазиями о своем замечательном агенте, мы с вами в этой, не киношной, реальности займемся тем, что их Сикрет сервис и не снилось! Поверьте, если бы не ряд тревожных симптомов, нам никогда не пришло бы в голову воскрешать, так сказать, призраков минувшего и беспокоить вас. Но ситуация требует, долг зовет. Я знаю, что планировалось тогда, в сорок шестом, и реакция тогдашнего руководства кажется мне неудивительной – дело было новое, последствия неясны. Я понимаю, правда, что вам трудно согласиться со мной в этом вопросе…

– Да нужно ли вам это, Степан Леонидович? – бросил Дего.

– Нужно, Бертран Бертранович, ой как нужно! – сказал серьезно Сонников. – Вы ведь единственный уцелевший специалист, и от вашего правильного понимания ситуации зависит слишком многое. Нам несказанно повезло, что вы выжили и по-прежнему в строю!

– Да уж, бог миловал,… – проговорил Дего и встряхнул головой, стараясь прогнать воспоминания.

– Ну, положим, не бог, а советская власть! – сказал генерал. – Но это как раз не так уж и важно!

– Вы полагаете? – спросил Дего. – А я вот под старость начал задумываться, насколько грешно то, что мы сотворили. Знаете, что сказано в Библии – ворожеи не оставляй в живых! Вероятно, есть вещи, в которые человеку действительно нельзя вмешиваться…

– Мы с вами знаем, сколько человек были обречены на смерть из-за того, что две тысячи лет назад один иудей объявил себя сыном божьим, вмешавшись в ход истории, причем безо всяких точных инструментов.