Вспомнив о Рипли, он обругал себя идиотом, хотя был еще слишком сонным, слишком отупевшим, чтобы действительно почувствовать сожаление. Миа поймет — все, включая машину Сэм на подъездной дорожке. Кадр, на котором немецкая овчарка, рыча и скалясь, рвалась с поводка на французского защитника окружающей среды, всколыхнул в нем мысли о Бармене. Большим и указательным пальцем он смахнул слезы. Бедный Бар. Что он скажет Фрэнки?

«Его мозг не был ориентирован так же, как наш, сынок… У него не было предчувствий, не было опыта. Он был просто слепой машиной, которую сломал твой дядя Кэсс».

Нет-нет, конечно же, он не скажет этого. Тогда что? Рассказать маленькому мальчику, что у его пса отсутствовала нервная интеграция, необходимая для обладания опытом? Что он был насквозь бессознательным, практически давно уже мертвым? Пожалуй, такое и большинству взрослых не втолкуешь.

«Я не смог спасти его, сын… Как не мог спасти тебя. Старик был слишком озабочен, чтобы поудобнее улечься».

Стыд был как молоток, бившийся в груди. Холодный, твердый.

«Слишком озабочен в своем старании быть балластом…»

Он всхлипывал, уткнувшись в волосы Сэм.

— Нет, — пробормотал он. «Нужно взять под контроль…»

Сэм застонала и, выгнувшись, прижалась к нему.

— Пора спать, — невнятно произнесла она.

«Нужно все обдумать… взять под контроль».

Сэм привстала, постаралась сосредоточить взгляд. Потерла ладонью щеку.

— Ты идешь?

«Контроль! Контроль!»

— Да, — переведя дыхание, ответил Томас. Выключив телевизор, он поддержал Сэм за руку, помог спуститься по лестнице. Но, когда она свернула к спальне, Томас прошел дальше, прямо, по направлению к ванной. Свет резал глаза. Он потянул на себя дверцу аптечки и неловкими пальцами стал шарить среди старых рецептов и патентованных средств, вспоминая, как Нора по справедливости забрала перед отъездом все содержимое, и удивляясь, какого черта он снова забил ее лекарствами.

Наконец он нашел что искал. Контроль.

Этикетка гласила:

БАЙБЛ ТОМАС

ЛОРАЗЕПАМ, 1 мг

90 таб. Доктор Бруно Джин

Принимать по полтаблетки при необходимости до трех раз в день

Однажды, когда отношения с Норой испортились всерьез, Рипли застала его за тем, как он принимает таблетки. «Это маленькие папины помощницы», — объяснила Нора дочери, бросая на мужа испепеляющий взгляд. К тому моменту предлогом могло стать что угодно. Если дело не доходило до перепалки, то они собирали боеприпасы.

Томас открыл крышку и вытряхнул таблетку на потную ладонь. Драгоценный спрессованный порошок против житейских бед. Отправив таблетку в рот, он запил ее водой из-под крана. Засунув пузырек за какой-то дезодорант, обещавший ледяную прохладу, Томас захлопнул зеркальную дверцу.

— Все — теперь железные нервы, — пообещал он своему осунувшемуся отражению.

Как посмеялся бы Нейл.

Иногда мелкие вещи вмещают так много, что для описания этого не хватило бы целой книги.

Ты слышишь, как сначала умирает твоя собака, раздавленная, как банка, моей тяжелой пятой. Она корчится, кувыркается, как китайская игрушка. Вбегаешь ты. О боже, что случилось? Ты застываешь, лишившись дара речи, когда видишь меня в гостиной, не в состоянии этого понять: я, незнакомец, и вдруг у тебя дома! Ты открываешь рот — влажную дыру, которую я решаю заполнить, когда ты умрешь.