В линзах вспыхнуло предупреждение об опасности, и я нырнул обратно в глайдер. Несколько пуль попали в дверь, ещё парочка срикошетили от крыши, а одна разворотила приборный щиток с экраном внутри салона, заставив Иру вскрикнуть. К её чести — мобиль она продолжила вести ровно, обгоняя шарахавшийся от нас транспорт, но больше медлить было нельзя. Ещё один такой заход, и нас расстреляют вплотную.

Как будто подтверждая мою догадку, интерфейс в линзах подёрнулся цифровой рябью и взгляд заволокли помехи.

— А, чёрт! — я тряхнул головой и велел спутнику отключить дополненную реальность, но он никак не отреагировал. Блеск! Кто-то пытается хакнуть мой нейрочип! Неужели в фургоне вместе со стрелком едет оператор?

К счастью, у меня получилось довольно быстро порвать соединение с сетью. Теперь была пара минут, прежде чем сетевой бродяга (хакер: жарг.) заново настроится на мою сигнатуру. Вот только целиться придётся без помощи спутника. Ну, да и хрен бы с ним, не впервой!

Я снова высунулся наружу и успел нажать на спусковой крючок трижды, прежде чем неизвестные снова открыли огонь. Две пули высекли искры, прошив корпус фургона насквозь, а вот третья угодила куда нужно. Пробив лобовое стекло, сразу покрывшееся сеткой трещин, она попала в водителя. Фургон резко вильнул в сторону, и на огромной скорости со всего маху влетел в стену тоннеля.

— Отлично! — выкрикнула девушка, сбрасывая скорость, — Так их, @#$%!

— Ого! — удивился я, услышав такую брать из уст Иры, — Не ожидал от тебя. Но нам надо вернуться.

— Ты что, издеваешься?! Они могут быть живы!

— Мне нужно узнать, кто их послал. От этого в будущем могут зависеть наши жизни.

— Сюда сейчас на всех парах несётся корпоративная полиция, — она покачала головой, но всё же перестроилась, и на ближайшем разрыве развернула наш покорёженный глайдер.

В месте аварии движение застопорилось. Никто не рисковал объезжать разбитый наглухо фургон, так что к тому моменту, когда мы оказались рядом, за ним собралось изрядное количество транспорта. Что примечательно — почти никто не выходил из своих мобилей — лишь пара человек осторожно осматривала покорёженный кусок металла, надеясь обнаружить там выживших.

— Тшучи! (Пошли вон: китайск.) — крикнул я, перепрыгивая через отделяющую полосы перегородку, — Жейсе щи дзийфа! (Это преступники: китайск.)

Неравнодушных как ветром сдуло — двое китайцев в возрасте, услышав эти слова и увидев лаовая с пистолетом, бегущего к разбитому фургону, решили, что спорить нет никакого смысла.

Я же, не теряя бдительности, обошёл транспорт. Картина была весьма неприглядной. Передней части, как таковой, почти не осталось. От удара её вмяло вовнутрь вместе с водителем и стрелком. Выжить после такой аварии — почти нереально. Кровавые разводы на металле только подтверждали мои мысли.

Подойдя к чудом уцелевшей боковой двери, я прислушался — вроде тихо… Потянул ручку на себя и чуть сдвинул её, держа открывшийся проём на прицеле — но совершенно напрасно. Внутри тоже не осталось живых — единственный пассажир валялся на полу с раздробленной головой, вокруг была разбросана масса техники. Несколько проводов искрились.

Убрав пистолет за пояс, я открыл дверь насколько смог и протиснулся внутрь. Следовало как можно скорее выяснить — кому потребовалось организовать эту погоню? Перевернув труп удалось убедиться в своей правоте. Хакер. Вмонтированный прямо в остатки головы вирт-шлем и кабель, тянувшийся от затылка к одному из компьютеров, намекали на это едва не прямым текстом. Выдернув его, я повернул голову погибшего.