Сочинские трущобы, как и в большинстве других гигаполисов, были отделены от остальной части города внушительной стеной с несколькими КПП. Здесь не было станции гиперпетли, поэтому тем счастливчикам, которым удавалось найти работу за пределами этого мрачного района, приходилось добираться до неё на пассажирских мобилях, постоянно курсирующих от этих самых КПП до «приличной» части города. Каждое утро и каждый вечер эти бедолаги подвергались досмотрам, проверкам и прочим малоприятным вещам.

К счастью, мы с Петей, как жители, зарегистрированные в своих районах, не нуждались в таком контроле. Поэтому просто продемонстрировали солдатам «Оборонэкса» документы на одном из постов (даже не покидая глайдера) и спокойно поехали дальше. Никто не поинтересовался целью нашего визита.

— Ты так и не сказал, зачем мы едем в эту дыру? — уточнил я, когда стена оказалась далеко позади.

— Мне нужно встретиться кое с кем. Перекинуться парой слов, кое-что забрать. Ничего особенного.

— И для этого обязательно было переться в этот отстойник?

— Я думал, ты бывал в местах и похуже.

— Бывал. Но это не значит, что мне нравится находиться в них.

— Да ладно тебе, Мот — отмахнулся друг, — Это не займёт много времени. К тому же, местечко там весёлое, развлечёшься, пока я занят.

— Ну-ну, — сомнительно протянул я, уже жалея, что согласился на поездку с котом в мешке, — Какого чёрта ты сам сюда попёрся? Не мог отправить подручных отца?

— К сожалению, не в этот раз.

— Что так?

— Дело личное и… Ладно, не буду врать — лучше бы никто не знал, что я сюда приезжал. Надеюсь, это между нами?

— Знаешь, — я нахмурился, — О таких деталях лучше уточнять заранее. И неплохо бы спрашивать — вдруг твой пассажир против тайных поездок в злачные районы?

— Знаю, знаю, извини. Просто… Блин, вчера мы с Саней неплохо так затусили, и я ещё в себя не пришёл, честно говоря. Надо было сразу всё обозначить.

— Ладно, проехали.

— Можешь просто в тачке подождать, пока я…

— Да заткнись уже. И на дорогу смотри внимательнее.

Новенький серебристый глайдер Годунова выделялся. Среди обшарпанных зданий, потрескавшего асфальта, валяющихся в проулке сломаны вирт-капсул и мусора, разбросанного по улице мобиль выглядел словно… Признаюсь — на ум приходили лишь непечатные аналогии.

Мы остановились возле одного из «ульев». Оставили глайдер прямо на тротуаре под разбитой камерой, нисколько не переживая, что прилетит штраф за парковку в неположенном месте.

Бетонные стены жилого комплекса уходили высоко вверх. Он был очень большим — навскидку, около пятидесяти этажей. Напротив расположился точно такой же «улей».

Выйдя из мобиля я заметил возле одного из входов ниже по улице банду подростков. Ребята были одеты весьма вызывающе — розовые и зелёные волосы, кожаная одежда с заклёпками (и это в такую-то жару?!), светящиеся ботинки на огромной подошве. У каждого на руке мелькала голограмма с огромным тесаком и окровавленным куском мяса. Видимо — знак принадлежности к какой-то банде.

Подростки пили дешёвое пиво и с интересом разглядывали глайдер Годунова.

— Я сейчас.

— Мот, оно тебе надо? Быстрее закончим…

— Две минуты, — перебил я друга, уже направляясь к юным панкам, — Эй, молодёжь!

Меня встретили четыре взгляда исподлобья.

— Чё надо, старый?

Я ухмыльнулся такому определению.

— Вы местные?

— Ну допустим, — парнишка лет пятнадцати (очевидно, самый старший из этой шайки) сделал шаг вперёд. Отбросив от себя пустую алюминиевую банку из под пива, он скрестил руки на груди, — Тебе какое дело?

— Тачку видишь?

— Ну.