Дёрнувшись вниз, мне, наконец, удалось вырваться из тисков противника. Стремительно развернувшись, я уклонился от кривого замаха и провёл серию ударов, разбив и без того окровавленное лицо бугая до состояния свежего фарша. Затем добавил ещё несколько, и когда противник совсем потерял ориентацию — поднял с пола заточку, вогнав её в шею здоровяка.

Краем глаза заметив, что его товарищ пытается подняться на ноги, я подскочил к нему и ударил ногой в голову со всей силой, какая во мне только была. Встретившись с писсуаром, черепушка бугая с мерзким хрустом треснула и он забился в конвульсиях.

Тяжело дыша и совершенно не понимая, что сейчас произошло я, шатаясь, подошёл к раковине и вновь открыл воду. Но умыться не успел — дверь туалета с треском распахнулась и внутрь вбежали трое солдат с поднятым оружием.

Они даже не стали командовать лечь, или поднять руки. Я просто почувствовал, как вокруг шеи разгорается пламя. Всё тело свело судорогой, и я мешком повалился на пол.

Прим. автора: друзья, ваши лайки и комментарии очень вдохновляют автора, а также помогают продвижению книги!

Глава 10

Лесная цитадель оказалась местом, совершенно непохожим на все те, где мне удалось побывать за свою недолгую жизнь.

Я участвовал в подавлениях беспорядков в разных городах, штурмовал притоны банд, захвативших мегабашни, сутками жил в Пустошах, за пределами цивилизации, с лёгкостью перенёс несколько лет армейской муштры — но впервые оказался там, где от меня не зависело абсолютно ничего.

После того нападения в туалете меня вырубили мощнейшим токовым разрядом. А в чувство привели, лишь когда грузовой геликоптер, забравший всех нас с перевалочного пункта, заходил на посадку. Один из сержантов, не церемонясь, несколько раз ударил меня по лицу, и в первые секунды после пробуждения я даже не мог осознать, где нахожусь.

Правда, понимание вернулось достаточно быстро.

Снова колодки и наручники, снова длинные очереди преступников. Вышки по периметру весьма внушительной территории тюрьмы, огороженной высоченной стеной. Боевые мехи, десятки вооружённых до зубов охранников, масса систем безопасности. Всё это было вполне ожидаемо, так что я просто делал, что говорят, и старался лишний раз не крутить головой. После того, как я порешил двух накинувшихся на меня зэков, конвоиры старались не спускать глаз с опасного подопечного. Давать им лишний повод снова активировать ошейник было бы весьма… неосмотрительно с моей стороны.

Какое-то время ушло на сверку списка прибывших с данными тюрьмы, после чего нас всех погнали в общий душ и заставили раздеваться. Каждого обсыпали каким-то вонючим порошком, а затем его смывали с помощью брандспойта. Не скажу, что ощущение было приятным.

Когда охранники закончили с этой процедурой, всех прибывших проверила команда медиков. Они же устанавливали нам тюремные карты слежения в слот из-под нейрочипа. К счастью, наличие этих штук в организме почти не чувствовалось. По-крайней мере — я этого не заметил. Никакого интерфейса, никаких системных сообщений. Однако каждого из нас предупредили — стоит оказаться там, где находиться не положено — и это может закончиться плачевно.

Ошейники, кстати, снимать не стали. Пока нас водили по узким коридорам с зарешётчатыми окнами, я успел обратить внимание на немногочисленных «сидевших», которым разрешили гулять во дворе. На шее каждого из них висело точно такое же устройство. Надо думать — такая система контроля была весьма действенной.

После всей бюрократической возни каждого из прибывших поочерёдно вызывали в кабинет начальника охраны. Я стоял в очереди одним из последних, а так как «собеседование» проходило совсем не быстро — у меня оставалось изрядно времени, чтобы обдумать случившееся на перевалочном пункте.