Loading...
Изменить размер шрифта - +
Но у вас говеем другой случай. Вы у нас давно работаете.
Почти двадцать пять лет, так, кажется? В вашем контракте даже
обратный билет на родину не оговорен. Так что все должно пройти
гладко.
     Сэр Фрэнсис покинул кабинет мистера Эриксона и пошел прочь
из великого муравейника, который именовался мемориальным блоком
имени Уилбура К.Лютита и был построен уже после того, как сэр
Фрэнсис приехал в Голливуд. Уилбур К.Лютит был тогда еще жив;
однажды он даже пожал руку сэру Фрэнсису своей коротенькой толстой
ручкой. Сэр Фрэнсис видел, как росло это здание, он даже занимал какое-
то вполне почетное, хотя и не самое видное место на церемонии его
открытия. На памяти сэра Фрэнсиса здесь заселялись, пустели и вновь
заселялись комнаты, менялись на дверях таблички с именами. На его
глазах приходили одни и уходили другие. Он видел, как пришли мистер
Эриксон и мистер Баумбайн и как ушли люди, имен которых он теперь
уже не мог припомнить. Он помнил лишь беднягу Лео, который вознесся,
пережил падение и умер, не оплатив счета в отеле "Сады аллаха".
     - Вы нашли, кого искали? - спросила его девушка за конторкой,
когда он выходил на залитую солнцем улицу.

     Трава на юге Калифорнии растет плохо, и голливудская почва не
благоприятствует высокому уровню крикета. По-настоящему в крикет
здесь играли лишь несколько молодых членов клуба: что касается
подавляющего большинства его членов, то крикет занимал в сфере их
интересов столь же малое место, как, скажем, торговля рыбой с лотка или
сапожный промысел в оборотах лондонских оптовиков. Для них клуб
был просто символом их принадлежности к английскому клану. Здесь
они по подписке собирали деньги для Красного Креста, здесь они могли
вволю позлословить, не боясь, что их услышат чужеземные хозяева и
покровители. Здесь они и собрались на другой день после внезапной
смерти сэра Фрэнсиса Хинзли, точно заслышав звон набатного колокола.
     - Его нашел молодой Барлоу.
     - Барлоу из "Мегало"?
     - Он раньше был в "Мегало". Ему не возобновили контракт. С
тех пор...
     - Да, слышал. Какой позор.
     - Я не знал сэра Фрэнсиса. Он тут подвизался еще до нашего
приезда. Кто-нибудь знает, отчего он это сделал?
     - Ему тоже не возобновили контракт. Слова эти звучали зловеще
для каждого, роковые слова, произнося которые следует прикоснуться к
чему-нибудь деревянному или стожить пальцы крестом; нечестивые
слова, которые вообще лучше не произносить вслух. Каждому из этих
людей был отпущен кусок жизни от подписания контракта до истечения
его срока, дальше была безбрежная неизвестность.
     - А где же сэр Эмброуз? Сегодня он обязательно придет.
     Наконец он пришел, и все отметили, что он уже вдел черную
креповую ленту в петлицу своей спортивной куртки. Несмотря на
поздний час, он принял протянутую ему чашку чаю, потянул ноздрями
воздух, до удушья пропитанный ожиданием, и наконец заговорил:
     - Все, без сомнения, уже слышали эту жуткую новость про
старину Фрэнка?
     Невнятный ропот.
     - В конце жизни ему не везло. Не думаю, чтоб в Голливуде
остался еще кто-нибудь, за исключением меня самого, кто помнил бы
годы его расцвета. Он всегда помогал тем, кто в нужде.
     - Это был ученый и джентльмен.
     - Несомненно.
Быстрый переход