– А кто был среди гостей? – прервал ее мысли голос миссис Лерри. – Только наши соседи?

– В основном да, – ответил Краног и посмотрел на Сару. – Но были и Гвинны. Сейчас они живут в своем загородном доме.

Сара перевела взгляд на миссис Лерри, а потом вновь посмотрела на Кранога. Гвинны! – подумала она. Это те, у которых хорошенькая дочка-блондинка. Это про нее сказала мачеха Гетина, что она могла бы стать хорошей женой для любого из ее пасынков. Интересно, эта девушка тоже была на приеме?

– А Мэри Гвинн тоже присутствовала? – спросила миссис Лерри.

Краног кивнул и быстро произнес:

– Сара, вам это платье очень идет.

Девушка поблагодарила его за комплимент. Но не от него она хотела бы слышать комплименты в свой адрес, не его она хотела увидеть.

– Я, пожалуй, поднимусь к себе, – тихо сказала Сара и направилась к двери.

– Подождите, Сара, – окликнула ее миссис Лерри. – Прежде чем вы уйдете, я хотела бы вас заверить, что Краног сказал правду. Гетин действительно не мог прийти к нам раньше. Вы наверняка расстроены тем, что вас не было среди гостей Понтравона. Но поверьте, ваше появление на приеме было бы преждевременным. Для этого еще не подошло время.

Сара остановилась и с расстановкой сказала:

– Я не кукла, участвующая в представлениях Панча и Джуди, которую дергают за ниточки. Думаю, когда закончится мое, так сказать, «обучение», я буду уже не та, что сейчас. Но я этого не хотела бы.

Она ушла. Краног сел рядом с бабушкой и взял ее за руку.

– Бабушка, вы не должны обижаться на Сару, – сказал он. – Она вам весьма благодарна.

– А я на нее не обиделась, – сказала миссис Лерри. – Краног, эти несколько недель я слишком много занималась с Сарой этикетом и обращалась с ней словно с малым ребенком. Я постоянно ей говорила: держи вилку вот так, сиди прямо, ходи медленно и плавно. Сара должна была устать от моих нравоучений. Но она должна всему этому научиться. В противном случае, в обществе ее не примут. Видимо, мне надо было это делать деликатнее. Понимаешь, я не хотела бы превращать ее в бездушную куклу.

– В общем-то, она должна остаться такой, какая есть, – тихо произнес Краног.

Миссис Лерри стрельнула на внука глазами, и в этот момент дверь отворилась, и в комнату вошла Сара. Лицо у нее было возбужденным, в глазах стояли слезы.

– Простите меня за сказанное, – произнесла она, подойдя к миссис Лерри. – Не хотелось бы, чтобы вы считали меня неблагодарной.

Миссис Лерри кивнула на стоявшее рядом с ней кресло.

– Дорогая моя, присядьте, – сказала она. – Знаю, вы не можете быть неблагодарной. Я только что рассказала Краногу, как мучила вас, обращалась с вами как с маленькой. А вы же вполне взрослая.

– Я должна научиться всем правилам этикета. Но их так много, что боюсь, все я не запомню. Сделаю не так, как надо, и что тогда?

– Некоторые из правил заслуживают того, чтобы их не соблюдали, – улыбнулся Краног. – Не думаю, что бабушка их все соблюдает. Просто она руководствуется здравым смыслом. И вы поступайте так же.

– У меня может не получиться, – вздохнула Сара.

– Все получится! – воскликнула миссис Лерри. – Вы храбрая девушка, и первыми трудностями вас не запугать.

– Но это не из-за отсутствия храбрости, – упавшим голосом произнесла Сара. – Просто я не знаю… нужна ли я здесь?

И словно: в ответ на ее вопрос, раздался стук в дверь.