— Может руна блокировки где-то неподалёку?

— Возможно, надо попробовать в другом месте.

И они, не сговариваясь, понеслись вниз, топая ботинками по бетонным лестницам длинных пролётов.

Но ни внизу, ни когда они отошли еще дальше, телепорт не срабатывал, заставляя потихоньку впадать в панику, испытывая при этом совершенно непередаваемое чувство, чувство знания что где-то, — ты не знаешь где именно, происходит что-то — ты не знаешь что именно, но это неведомое «что-то» происходит именно сейчас, вот прямо сей момент — и именно от него зависит твоя собственная судьба и вообще судьба всего что тебе дорого, — и вот это знание делает твоё существование совершенно невыносимым.

Будь у Алекса возможность телепортироваться, он уже облетел бы все возможные места, которых, — как он считал, на самом деле немного. Ведь если их намеренно заманили сюда, к Зимнему, и закрыли возможность телепортации, значит боялись что Алекс или Император воспользуются телепортом, и своим присутствием чему-то помешают. Или кому-то.

Мест таких по мнению Алекса было немного. Его собственная усадьба, резиденция Бельских, Управление министерства внутренних дел, Гильдия магов.

Но если предположить что их отвлекают от усадьбы, — значит осколок? Но его там нет, — люди? Так кроме Олега да девушек особо и спросить не с кого. — Гильдия? — Тут вообще непонятно. Управление? — Тоже нет.

Остаётся что? — Резиденция Бельских. Но и там кроме Ольги никого нет. А с ней, хуже чем есть, уже не будет.

— Давай до Зимнего попробуем прорваться, может Тыква знает… — занимая место за баранкой грузовичка, Алекс позвал Юрия, и обратившись к тенью следовавшему самураю на японском, приказал ему взять пять человек и погрузиться в кузов. Пусть ехать и недалеко, но на пути грузовичка находились пусть и побитые, но всё ещё весьма многочисленные вражеские солдаты. Он конечно понимал что они ему не страшны, только учитывая что — «на грех и грабли стреляют» — предпочел перестраховаться.

Выкрутив руль до упора, он сдал назад, и объехав припаркованный спереди внедорожник, выехал на прямую, где уже не стесняясь утопил педаль газа в пол, механически сожалея о том что машина на электротяге, и нет присущего нормальным моторам звука. Но и без звука, резво набирая скорость грузовичок лихо промчался через чужой рассеянный строй, ловя щитами редкие пули, выпущенные из ручного оружия.

Причем пушки десантника по разбегавшимся особо не стреляли, — так, для острастки лупили иногда поверх голов. Но когда Алекс направил грузовик прямо на корабль, два орудия передней полусферы угрожающе опустились, и явно приготовились к стрельбе по незащищённой цели.

— Юр, махни им, а то ещё стрельнут с перепугу — попросил Алекс, на всякий случай завешивая кабину мощным щитом.

Бельский покосился на Алекса, но выглянул, и дождавшись когда его узнают а стволы орудий уйдут вверх, залез обратно в кабину громко объявляя о выполнении миссии.

Алекс кивнул, бормоча что-то в благодарность, и пролетев мимо глайлера остановил грузовик напротив центрального входа.

Упакованные в сервоброню бойцы застывшие по обе стороны от входа даже не дернулись в его сторону, либо узнали, что не очень вероятно, либо Тыква заранее приказал пропустить.

Забежав внутрь, Алекс вновь удивился; в самом Зимнем, — несмотря на вакханалию снаружи, атмосфера царила самая обычная, по коридорам ходили люди, явно какие-то клерки, на лестничных маршах стояли гвардейцы в форме имперской службы безопасности, и даже старенький дворецкий в сияющей ливрее был на своем месте.

Раскивавшись с этим уважаемым старичком — а Алекс знал что тот служит здесь с самого детства, он огляделся, и «почуяв» ауру «Императора» там же где недавно говорил с ним, добежал до кабинета и сделав знак сопровождавшим его самураям чтобы остались снаружи, открыл тяжелую дверь.