— Так это хорошо! Я бы хотел уединиться.

— Потребуется большой ремонт, чтобы привести его в порядок.

— Если Броган-Хаус мне понравится, я готов взять это на себя, вот и все.

— И в довершение ко всему — он дорогой. Владелец просит более двух миллионов долларов.

Внезапно он вышел из себя:

— Послушайте, неужели вы думаете, что я бы примчался сюда в такую рань, если бы эта цена меня не устраивала?

Робин поежилась, наткнувшись взглядом на тень, пробежавшую в его глазах.

— Нет, конечно, нет.

— Хорошо, — выиграв очко, он откинулся в кресле и обаятельно улыбнулся. — Наверное, вы находите странным, что такому человеку, как я, нужно такое место, как Броган-Хаус.

Робин действительно так считала, но опасалась вновь обидеть своего потенциального покупателя. Его моментальный гнев задел ее, хотя она не понимала, почему.

— Н-нет…

— Ваше недоумение меня вовсе не задевает. Я понимаю, что эта идея кажется вам довольно-таки странной.

Почему странной? — Она рассеянно вертела в руках карандаш. — Вы имеете право, как любой другой человек, заинтересоваться Броган-Хаусом.

Он пожал плечами.

— Кажется, я неправильно принял выражение ваших глаз за смущение. Вы знаете, они очень выразительны.

Карандаш неожиданно выскочил из рук и, сделав дугу в воздухе, упал на пол. Робин покраснела, не понимая, почему это банальное замечание словно осыпало ее дождем удовольствия. Она решила изменить направление разговора.

— Ну хорошо… Вы заинтересовались Броган-Хаусом и, разумеется, хотели бы взглянуть на него?

— Да! Именно поэтому я и пришел.

— Замечательно!.. — сказала она, листая настольный календарь. — Я уверена, мы сможем договориться. Когда вам было бы удобно?

— Сегодня.

— Сегодня?.. — Ее рука повисла в воздухе.

Он кивнул:

— Совершенно верно, прямо сейчас. Насколько можно предполагать, это единственное свободное время, которое у меня будет в ближайшие две недели. Теперь, как представитель владельца, вы захотите поехать вместе со мной и показать его достоинства?

— Да, но…

— Хорошо, тогда хватайте вашу сумочку, — скомандовал он, поднимаясь со своего кресла. — Моя машина внизу. Мы должны выехать немедленно, не то позже начнутся пробки на улицах.

Робин машинально встала и взялась за сумочку, висевшую на спинке кресла, и тут до нее дошло, что происходит. Она остановилась. Это было абсурдно! Она никак не могла позволить себе побежать за ним по первому же зову. Девушка уставилась на него, удивляясь, как легко ему удалось поднять ее с кресла.

— Ну? — спросил он, словно в этом ничего странного не было.

Она оперлась о стол, словно пытаясь найти позу, позволяющую ей остаться при своем мнении.

— Послушайте, господин Норт, вы, может быть, привыкли срываться с места, куда вам нравится и когда вам нравится, но у меня работа и ежедневные обязанности. Если вы хотите посмотреть Броган-Хаус, то вам нужно назначить встречу со мной в другое время.

Эти доводы его не остановили.

— Позвольте, правильно ли я понял вас? — спросил он, складывая руки на груди. — Сегодня утром вы, кажется, сказали, что у вас всего шесть недель, чтобы спасти дом, стоящий два с половиной миллиона долларов, от сноса. К вам пришел человек с деньгами, чтобы сделать это. Сегодня — единственный день, когда он свободен и может посмотреть его, а вы не можете отложить дела, чтобы сопровождать своего клиента?

Внутри Робин все кипело.