На лице Хью выразилось удивление:

— Насчет женитьбы я ничего не говорил.

— И не нужно, босс. Вы только вошли, а я уже все понял.

Глава 36

При звуке ключа, поворачивающегося в замке, Тама проснулась. Быстро выхватив мечи, она спрыгнула с кровати, а ключ с внутренней стороны двери упал на пол.

Дверь медленно отворилась, и глубокий знакомый голос предупредил:

— Не рубите меня напополам, прежде чем выслушаете мои извинения.

И тут же показалась улыбка, которая всегда вызывала у нее радость.

Войдя в маленькую комнатку, Хью прикрыл дверь и поднял обе руки.

— Я безоружен.

— Может быть. Мне все равно. — Одетая в штаны и короткую куртку, она не опускала нацеленных на него мечей.

— Я соскучился.

— Она что же, выгнала вас? — язвительно спросила Тама.

— Не совсем.

— Еще с ней увидитесь?

Он улыбнулся, довольный, что она ревнует:

— Я больше никогда с ней не встречусь.

— Вы уверены, Хью-сан?

Ему нравилось, что она обращается к нему на своем родном языке; возможно, оба они устали от Франции.

— Мне хотелось бы отвезти вас обратно в Японию, если позволите.

— Я еду домой и останусь там. Так или иначе. Она говорила твердо, в стиле «чего бы мне это ни стоило».

— Понимаю. У меня для вас небольшой подарок. В качестве извинения, — добавил он, вынимая из кармана куртки конверт. Сделав небольшой крюк, он заехал к Хаттори, у которого, судя по всему, были великолепные связи.

Хью был одет в свою морскую одежду — темно-синий шерстяной китель и темные брюки. Как она понимает, это его форма.

— Вы так же были одеты, будучи с ней? — Чисто женский вопрос.

— А нужно было переодеться?

— Хочу сказать — не предпочла ли она вас в вечернем костюме? Уверена, что жена моего брата предпочла бы.

Он пожал плечами. Когда он одевался, то думал только об удобстве и быстроте.

— Это было не самое главное в моем списке.

— А вы с ней предавались любви? — Она знала, что это в его списке было.

— Это важно?

— Очень.

— Хорошо. — Он жаждал, чтобы ей было так же не все равно, как и ему. — Я не коснулся ее, даже руки не пожал. — Он опустил, что Люсинда бросилась ему в объятия. — Я никогда больше ее не увижу. Никогда. Вот, возьмите это. Мне хотелось подарить вам нечто, что вам понравится.

— Никаких драгоценностей? — лукаво спросила она, отложив один из мечей, чтобы взять у него конверт.

— Хотите драгоценностей? Будут вам драгоценности.

— Вы подарите мне такие бриллианты, как у нее?

Он усмехнулся:

— Хотите? У вас будет целый склад бриллиантов!

— Не хочу.

— Знаю. Откройте. Это лучше всяких драгоценностей.

Разрезав конверт коротким мечом, она уронила его на пол и прочла письмо, написанное японскими иероглифами. Письмо было длинное, и чем дольше она читала, тем больше приходила в изумление, так что ей пришлось присесть на ближайший стул из опасения, как бы не подогнулись колени. Дочитав, она подняла голову.

— Почему это племянник императора дает мне карт-бланш на возвращение?

— Скажем, потому, что на тот момент у него настроение стало великодушным.

— Вы ему угрожали.