Она так же, как и он, принадлежит к миру денег и так же может получать удовольствие от так называемых неженских занятий. Она не хуже Риордана разбирается в бизнесе. Если бы только он знал о ее планах выкупа отцовского завода! В какое изумление он пришел бы!..

– Осторожно! Разве ты не видишь караван мулов, он идет прямо на нас? – Риордан дернул Элизу в сторону, к стене сеновала, с такой силой, что на миг оторвал ее от земли. – Так, значит, тебе нравится «настоящая жизнь»? Я правильно тебя понял?

– Да, – уверенно ответила Элиза.

– Когда я покончу со своими неотложными делами, то собираюсь посетить новый мясоперерабатывающий комбинат Филипа Армуара, здесь, в Сент-Луисе. Для тебя это будет небезынтересно, хотя, говорят, пахнет там отвратительно, даже тошнотворно. Но ведь ты, наверное, и там сможешь обойтись без платка? Могу предложить тебе для посещения еще и пивоваренный завод. Как тебе понравится аромат хмеля и перебродившего ячменя? Немного пикантно, но здорово. Правда? Да, чуть не забыл! Сент-Луис славится своими табачными фабриками, на которых производится жевательный табак. Уверен, ты найдешь производственный процесс восхитительным…

– Перестань издеваться надо мной, – улыбнулась Элиза.

– Я? Издеваюсь? Ну что ты!

– Да, издеваешься. К твоему сведению, я с радостью ознакомлюсь с этими предприятиями. – Элиза вытащила из сумочки часики. – Кстати, еще только полдень, и вполне можно отправиться на завод Армуара прямо сейчас.

– Ты что, серьезно? Ну ладно, только сначала мы зайдем перекусить. Столь острые ощущения лучше переживать не на голодный желудок.

За следующие три дня они обошли почти все рабочие окраины города, воздух которых был наполнен сотней отвратительных запахов – сточные воды, конский навоз, сусло, угольная пыль и прочее, прочее, прочее.

– Мисс Эмсел… – однажды попыталась протестовать Нелла, обеспокоенная вечно перепачканной одеждой госпожи. Но Элиза, смущенно отвернувшись, не стала вступать с ней в разговор. Больше подобных попыток Нелла не предпринимала. Элиза подозревала, что Риордан хорошо приплачивает Нелле за умение держать язык за зубами. «Но тем лучше, – думала Элиза, – значит, и он не прочь провести время вместе со своим секретарем».

Но скоро прогулки по деловой части города пришлось отложить: у Риордана начались переговоры, ради которых они и приехали в Сент-Луис.

– Придет время, – сказал ей как-то Риордан таким тоном, будто это зависело только от него, – когда сеть железных дорог покроет всю Америку: от пшеничных полей Небраски до сахарных плантаций Луизианы.

Риордан любил поговорить с Элизой о своих планах, и ей невольно передавались его воодушевление, размах и вера в светлое будущее. Она сопровождала Риордана на все деловые встречи, не обращая внимания на густую пелену сигарного дыма и недоуменные взгляды присутствующих, подробно записывала все важные детали переговоров.

Однажды ночью, уже утолив любовную страсть, они, блаженствуя, лежали рядом, лениво потягивая ледяное шампанское и весело болтая всякую чушь.

– Как было… прекрасно, – вздохнула Элиза. – Вся эта поездка… Она для меня как сон, волшебная сказка.

– Да, Элиза, ночи, которые я провел с тобой, восхитительны, – улыбнулся Риордан, подливая себе шампанского. – Ты удивительная женщина, мисс Элиза Эмсел.

– Правда? – Она кокетливо поджала губки.

– Безусловно. Ты мечта любого мужчины. Ласковая, страстная, покорная…

Элиза обожала, когда Риордан осыпал ее комплиментами, но в этот раз ей хотелось поговорить серьезно.