– О чем это вы говорите, шериф?

Молли взволнованно схватила шерифа за руку, подумав, что его новость может оказаться неплохой. Она смотрела на него вопросительно и с надеждой.

– Я говорю о том факте, что О'Киф, находящийся здесь, с этого момента свободный человек.

– Что? – одновременно воскликнули пораженные Молли и Дейв.

– Сегодня вечером я арестовал Чарли Стивенса, а теперь предъявляю ему обвинение в хладнокровном убийстве Сантаны.

– Неужели? – счастливо вздохнула Молли.

Но Дейва было не так-то легко убедить. Он не мог поверить в свое везение.

– А как же все эти улики, указывающие на меня?

– Могу лишь предполагать, что Стивенс подбросил их сам, пытаясь свалить всю вину на тебя, но, О'Киф, какое это имеет значение теперь, когда ты снова свободен?

– Вы правы, шериф. Больше ничто не имеет значения. Вообще ничто!

Дейв был настолько поражен, что соображал с трудом. Он не ожидал, что ситуация обернется в его пользу. Теперь же, когда это произошло, он растерялся. Но Молли была вне себя от радости. Она бросилась к нему в объятия и крепко обняла.

– Я говорила тебе, что все устроится! Я тебе это говорила! – восторженно воскликнула она.

Дейв обнял ее в ответ, а потом быстро поцеловал под взглядом шерифа, явно довольного собой.

– Почему бы тебе не вернуться со мной в контору и не забрать вещи? После этого можешь идти куда угодно, – предложил шериф, улыбаясь при виде их счастья.

По взгляду Молли, обращенному на О'Кифа, он понял, что не зря думал так хорошо о них обоих. Он надеялся, что все сложится в их пользу, потому что эти люди точно того заслуживали.

– Хорошо, – согласился Дейв, постепенно приходя в себя от потрясения. – Я вернусь, как только смогу, Молли.

– Я буду ждать тебя на этом самом месте, Дейв, – пообещала она, не в состоянии скрыть волнение.

Он последний раз восторженно поцеловал ее, а потом присоединился к шерифу, возвращавшемуся в тюрьму. Молли дошла с ними до дома и осталась снаружи, смотря, как они направляются к тюрьме. По ее щекам катились слезы, но она их даже не замечала. Она ощущала лишь большую радость, охватившую ее. Дейв свободен! Это произошло так внезапно. С самого начала она всем сердцем верила, что он невиновен.

Когда Дейв и шериф Маколи пропали из виду, Молли вошла в дом, чтобы рассказать хорошую новость матери и Джимми. После ее сообщения Джимми разразился криками радости:

– Ух ты! Теперь Дейву больше не нужно прятаться, когда мы пойдем чинить сарай!

– Ну, Джимми, сомневаюсь я, что Дейв будет еще чинить сарай, – предупредила Эйлин.

Она знала, в каком восторге пребывает ее сын от молодого человека, но понимала и то, что у Дейва своя жизнь.

– Конечно, будет, мама, – заспорил Джимми. – У нас еще много дел.

Предостережение матери сильно ударило по чувствам Молли. Ее сердце болезненно застучало: Дейв может уехать, это совершенно реально. Она не задумывалась над тем, что будет после того, как Дейва признают невиновным и освободят. Молли не учитывала, что он может вернуться к прежнему образу жизни, гоняясь по всей стране за преступниками в компании своего друга Клэя.

– Он вернется, да, Молли? – жалобно спросил Джимми, полный внезапного страха, что может потерять близкого друга.

– Он сказал мне, что да, а он слово держит, – доверительно ответила она.

– Он собирается остаться, да? – настаивал мальчик, желая особых уверений.

– Надеюсь, что так, Джимми.

Эйлин уловила в ее голосе тревогу и внимательно вгляделась в дочь.

– Тебе стал нравиться этот молодой человек, да, Молли?

– Ода, мама.