— Не стоит, Джонатан.

— Посмотрим, — уклончиво ответил он. — А сейчас нам действительно пора прощаться.

Он подошел к ней и быстро поцеловал в губы. А потом так же быстро ушел. С минуту Кэтрин растерянно стояла на месте, потом, опомнившись, бросилась в прихожую и заперла дверь.

— Ну и вечерок, — пробормотала она, нервно посмеиваясь.

И правда, таких приключений с ней уже давно не случалось. Да и вообще, внезапно подумала Кэтрин, с тех пор, как она рассталась со своим мужем, ее жизнь текла на удивление спокойно и однообразно. В ней не было особых радостей, но зато и не было больших горестей. А это казалось Кэтрин главным. Пусть лучше будет однообразие, чем неприятности и страдания. Душевный покой — вот что важнее всего.

3

Кэтрин разбудил Тони. Выспавшийся ребенок хотел есть и настойчиво требовал, чтобы мама пошла на кухню и приготовила чего-нибудь вкусненькое. Посмотрев на часы, Кэтрин удивленно присвистнула. Стрелки показывали начало двенадцатого. Выходит, она проспала почти одиннадцать часов. Впрочем, в этом не было ничего странного. Воскресение было единственным днем недели, когда Кэтрин могла отоспаться в свое удовольствие. Но так поздно она, как правило, все равно не вставала. Наверное, сказались вчерашние волнения.

— Сейчас, мое солнышко, — сказала Кэтрин, ласково поглаживая сына по голове. — Мама сейчас встанет и приготовит своему сыночку его любимые спагетти.

— Не хочу спагетти, хочу жареной картошки! — капризно возразил Тони. — Жареной картошки с грибами!

— У нас нет картошки, Тони. А тем более грибов.

— А я хочу! — повторил мальчик, упрямо топнув ногой. — Твои дурацкие макароны мне уже надоели!

— Ты не выносим, Тони. — Кэтрин вздохнула. — Ты просто невыносим. Хорошо, иди, поиграй немного, сейчас я окончательно проснусь и что-нибудь придумаю.

Отослав сына, Кэтрин в последний раз потянулась и села на кровати. Судя по безоблачному светло-голубому небу, день обещал выдаться теплым и солнечным. Таким, каким и полагается быть идеальному апрельскому дню.

А еще в апреле полагается влюбляться, внезапно подумала Кэтрин. И тут же вспомнила про Джонатана Торпа.

Сейчас, при ярком утреннем свете, Кэтрин с трудом верилось, что вчера вечером этот человек был у нее в гостях. И что он сидел на ее кухне, а она готовила для него спагетти. А также варила кофе, который он так и не выпил. Потому что перед этим произошло нечто уж совсем странное и немыслимое.

Вспомнив про поцелуй, Кэтрин машинально провела рукой по губам. Ей показалось, что они все еще хранят вкус губ Джонатана. Неужели такое действительно случилось? Мужчина, с которым она была едва знакома, целовал ее и держал в своих объятиях? И она, Кэтрин, кажется, была совсем не против всего этого. Во всяком случае, она даже не попыталась его оттолкнуть. И дело было вовсе не в том, что она боялась поднять шум и разбудить Тони. В ту минуту она вообще забыла про Тони. Она растворилась в ласках Джонатана, наслаждалась ими и даже отвечала на них. Невероятно!

Этот странный человек ворвался в ее жизнь подобно сокрушительному урагану. И умудрился в одночасье поколебать ее душевный покой. Кэтрин хотелось не думать о нем, а еще лучше — совсем забыть его. Но она уже знала, что не сможет выбросить его из головы. Ведь Джонатан — первый мужчина, с которым она целовалась после развода с мужем. Что бы она ни говорила, а это все-таки событие.