Рядом с ним так и хочется сделать что-нибудь грубое или неприличное — рожицу состроить, например. Как-то разбить эту совершенную картинку «Очаровательный мальчик ухаживает за девушкой в замешательстве». Господи, это просто ненормально! Как будто мы на сцене.

Как будто за нами подсматривают…

Но рядом же больше никого нет.

Выдохнув, я отбрасываю эти мысли — кажется, я просто становлюсь параноиком. Это все Ромион, надо с ним поменьше общаться. Его мнительность заразительна.

— Я тоже в замешательстве. Раньше ты приглашал послушать соловьев в лунную рощу, а не тащил насильно во дворец. — Случайно бросаю взгляд Вейлу через плечо и с изумлением понимаю, что в зеркале тоже не отражаюсь. — Эм-м-м, по-моему, с ним что-то не так. С твоим зеркалом.

Вейл удивленно моргает, потом открывает рот… И тут же становится похожим на загнанного в угол хорька. Вот это уже нормально, привычно — он так всегда выглядит, когда у доски, в смысле, у зеркала отвечает. Так что я улыбаюсь с облегчением и спешу заметить:

— В Сиерне есть очень хороший специалист по зеркалам — королева Изабелла. То есть бывшая королева, но на ее знания о волшебных зеркалах это не отразилось. Она точно может твое починить. — Тут я вспоминаю, как «специалист» отреагировала на то зеркало, в котором на вопрос «кто краше всех» появилась заколдованная я… Может, не стоило королеву так расхваливать? Да и вообще, что я несу?..

Так что я сконфуженно замолкаю и принимаюсь оглядываться. Взгляд приковывает только окно — оно здесь большое, не зашторенное, и закат в нем сейчас догорает очень красиво. А еще я вижу шпили других дворцовых башен. И отстраненно отмечаю, что — ну вдруг — через окно сбежать не получится. Если только внизу нет удобного карниза.

Надо проверить.

— Сдаюсь, — останавливает меня Вейл. — Красавица, ты кто?

Красавица? А жабой совсем недавно обзывал!

— Виола, — отвечаю я, чувствуя, что объяснения только начинаются.

Да, определенно: Вейл смотрит на меня уже без этих своих чарующих примочек вроде идеально изогнутой брови или улыбки, которой в Голливуде позавидуют. И совершенно точно не узнает.

Нет, это просто неприлично! Пусть узнает и удивится. Узнает и пожалеет, что такая вот красотка от него ускользнула. Узнает и…

Да что со мной такое? Какое мне дело, что этот… принц обо мне думает?..

Стоп-стоп-стоп. Что-то не так. Что-то совершенно точно не так с этим местом. Я здесь глупею. Катастрофически.

А может, я просто начала превращаться в фею и это — побочный эффект?

Нет, лучше думать, что дворец с Вейлом виноваты… Что? Снова всю вину на других сваливать?

Но я же говорю, тут что-то не так.

— У меня в школе нет ни одной знакомой Виолы, — говорит тем временем Вейл и задумчиво хмурится. — Да и как возможно, чтобы кто-то из моих одноклассниц вдруг оказался здесь? Все же знают…

Что? Что все знают? Мама, ты куда меня отправила?

Не могла же она послать меня туда, где мне грозит опасность, правда?

— Но ты мне кого-то напоминаешь, — продолжает Вейл, — особенно когда улыбаешься. — Он одаривает меня тяжелым взглядом. — Попробуем снова. Кто ты?

— Виола. Это мое настоящее имя. И да, мы познакомились в школе в Сиерне, только я тогда назвалась Розалиндой — так мою сестру зовут, — и еще я была зеленая и вообще напоминала лягушку… Ты уже вспомнил, или мне и дальше представляться?

Вейл снова открывает рот… И мгновение спустя начинает хохотать. Но даже смех звучит неестественно.