— Мы примерно в десяти минутах езды от тебя, — уточнил Бак. — Если только сумею заставить эту колымагу двигаться, то постараюсь подъехать как можно ближе к полосе и твоему самолету.

Патрульная машина выскочила на дорогу, развернулась и оказалась прямо перед автобусом. Бак резко вывернул руль налево, но машина поехала ему наперерез Избежать столкновения не удалось. От удара смялся капот, а машину резко развернуло вокруг своей оси Баку показалось, что большой старый автобус не очень-то пострадал, но пополз вверх указатель датчика температуры двигателя.

— В конце концов, кто там за вами гонится? — спросил Ритц.

— Египетский пограничный патруль, — ответит Бак.

— Бьюсь об заклад, что они уже тут всех оповестили по радио. Наверняка дорогу заблокируют.

— Я только что разбил патрульную машину. Может быть, я сумею прорваться через их заграждения? Это тебе придется определить практическим путем. Если вы находитесь так близко, как ты сказал, то мне лучше выбираться к самолету.

— О, зажигалка действует! — прокричал Бак, обращаясь к Циону.

— Не уверен, что хотел бы слышать именно это!

Разбитая патрульная машина продолжала их преследовать. В отдалении Бак увидел огни взлетно-посадочной полосы.

— Цион, иди сюда. Нам нужно разработать план дальнейших действий.

— План? Просто безумие какое-то!

— Ну, а как же тогда можно назвать все то, через что мы уже прошли?

— Безумием Божьим! Камерон, объясни мне, что делать. Я буду выполнять твои указания. Сегодня нас ничто не остановит.

Стало очевидно, что пограничник в патрульной машине не просто попросил перекрыть дорогу, но и вызвал по рации помощь. Навстречу автобусу, перекрывая обе полосы, двигались две пары фар.

— Ты когда-нибудь слышал как летчики «проверяют, у кого нервишки крепче»? — спросил Бак.

— Нет, — ответил Цион, — но, кажется, я начинаю понимать, о чем ты. Ты собираешься бросить им вызов?

— Согласись, им есть что терять, и гораздо больше, чем нам с тобой.

— Пожалуй, ты прав. Я покорно следую за тобой. Делай, что должен сделать!

Бак до конца выжал педаль газа. Стрелка датчика температуры дошла до максимальной отметки и теперь просто дрожала. Из двигателя вырывался пар.

— Цион, слушай меня внимательно! Мы сделаем следующее!

— Ты лучше веди машину, Камерон! Потом все мне объяснишь!

— Не будет никакого потом! Если эти машины не отвернут в сторону, то будет большое столкновение. Я думаю, что в любом случае мы сможем проехать дальше. Нам придется очень быстро принимать решение, когда мы доберемся до заграждения, которое они подготовили в аэропорту. Мне нужно, чтобы ты слил содержимое всех этих канистр с бензином в одно большое ведро, с широкой горловиной, а я тем временем подготовлю зажигалку. В случае когда я пойму, что смогу прорваться через их заграждение, то просто поеду вперед и подъеду как можно ближе к взлетно-посадочной полосе. Самолет Ритца должен быть на правой дорожке примерно в сотне метров от терминала. Если я не смогу пробиться напрямик через ограждение, то я попытаюсь его объехать. Ну, а если и это будет невозможно, то я собираюсь резко повернуть руль влево и ударить по тормозам. Тогда мы врежемся в заграждение задней частью автобуса и все, что не закреплено, вывалится из задних дверей. Ты должен поставить ведро с бензином в проходе примерно в двух с половиной метрах от задней двери, и когда я подам тебе сигнал, ты бросишь в него зажигалку. Это надо будет сделать заранее, чтобы бензин успел загореться прежде, чем мы врежемся.

— Я не понимаю! А мы-то сами как спасемся?

— Если заграждение будет невозможно преодолеть, то нам остается единственный шанс, когда задняя дверь автобуса распахнется и оттуда вылетит горящий бензин, цепляться изо всех сил, чтобы самим в него не попасть.