Рэндалл вышел вместе с ним из дома, и они пошли по аллейке через двор.

— А любопытно, — сказал Рэндалл. — Что-нибудь прояснилось в голове у следователя? Как его — Ханнасайд?

— Да нет же. Потому-то полиция и потребовала переноса слушания сразу после показаний миссис Лаптон. У них нет ничего конкретного в руках.

— Да, этого и следовало ожидать, — сказал Рэндалл. — И конечно, надо полагать, доктор Филдинг тоже там фигурировал в качестве свидетеля?

— Да, он отлично говорил. Сжато и по существу.

— Еще бы он говорил длинно, — кивнул Рэндалл с чуть заметной усмешкой. — И все остались удовлетворены его показаниями?

— Конечно. Почему бы и нет? Он всегда держит себя превосходно.

— Да, я это заметил, — сказал Рэндалл. — Доктор не из тех хлюпиков, кто потеряет голову в таком двусмысленном положении.

Насмешка была тонко завуалирована. Рамболд помолчал, а потом задумчиво произнес:

— Не хочу сказать, что не понимаю, на что вы так изящно намекаете. Я понимаю. Но почему вы это делаете? Что вы имеете против доктора?

— Я считаю его никудышным человеком, — ответил Рэндалл.

— И поэтому вы можете его подозревать? Дело вашего вкуса, конечно, но у вас нет для этого никаких причин.

— Ну что ж, вы меня отчитали, — шутливо поклонился Рэндалл.

У ворот во двор они остановились и Рамболд протянул Рэндаллу руку.

— Я вовсе не намеревался вас отчитывать, — сказал он. — Просто я намного старше вас, Мэтьюс, и, может быть, вы послушаете моего совета. Не делайте таких оскорбительных намеков в присутствии своей кузины. Во-первых, это просто невежливо, а во-вторых, бедной девочке и так предостаточно переживаний без ваших колкостей.

Рэндалл широко раскрыл глаза, и Рамболд на мгновение увидел в них блеск заинтересованности. Но тут же веки Рэндалла снова лениво опустились и он небрежно молвил:

— Ах вот как? Ну что ж, я вам очень обязан!

Он вернулся в гостиную, где его тетки все еще обсуждали мистера Рамболда и его супругу, особенно подчеркивая ее вульгарность.

— Он такой воспитанный, культурный человек! — вздыхала мисс Гарриет Мэтьюс. — Просто удивительно, что он мог…

— …найти в этой лахудре! — передразнивая, оборвала ее Стелла. — Я вам скажу: он нашел в ней красоту и доброе сердце!

— А ее шляпка! — заметила томно миссис Мэтьюс. — Такой откровенно розовый цвет и эти нелепые перья…

— И совершенно ей не подходит! — продолжала в запале мисс Гарриет. — Совершенно не то, что можно надеть на судебное заседание. Я просто шокирована!

Стелла встала со своего пуфа и вышла из комнаты, а две пожилые леди продолжали с увлечением перемывать косточки несчастной миссис Рамболд. Через пять минут они полностью согласились друг с другом, что такой обеспеченный человек, как мистер Рамболд (а ведь он, безусловно, богат, как все торговцы шерстью), мог бы жить не в таком маленьком домишке, как сейчас, если бы его жена способна была управляться с большим домом со множеством слуг. И наконец, души мисс Гарриет и миссис Зау Мэтьюс просто слились в экстазе и единении. Однако стоило миссис Мэтьюс налить себе еще одну чашечку чаю, причем очень крепкого, как Гарриет тут же вспыхнула и заявила, что такое расточительство просто постыдно. Мистер и миссис Рамболд сразу были забыты, душевный союз распался, и началась обычная склока…

Гай, неспособный занять себя чем-нибудь разумным и полезным, снова пристал к Рэндаллу, вновь и вновь пытая его, какую линию поведения решит, по его мнению, избрать полиция.