Честер кивнул.

Уилл по-прежнему смотрел на огонь отсутствующим взглядом.

— Мы тогда всерьёз думали, что Эллиот умрёт, — проговорил он.

— Она тебе очень нравится, правда? — невзначай поинтересовался Честер, оценивая расстановку сил на шахматной доске.

Уилл ответил не сразу.

— Да, пожалуй. Так и тебе тоже, разве нет?

— Угу… Только, по-моему, ты ей нравишься куда больше, чем я, — заметил Честер, продолжая разглядывать свои фигуры.

— Ну не знаю, — пробормотал Уилл и снова сосредоточился на игре, недовольно хмыкнув: ситуация складывалась не в его пользу.

— Скажи ей, — вдруг выпалил Честер.

Уилл наконец сделал ход ферзём и, зная, что может доверять другу, сказал прямо:

— Не могу. Когда творится такое… В общем, это бы только всё усложнило. — Тут ему пришло в голову, что Честер мог завести этот разговор потому, что сам любит Эллиот и хочет убедиться, что его друг это одобрит. Уилл посмотрел на Честера. Тот больше ничего не говорил, и Уилл заключил, что ошибся. — Честно говоря, я сомневаюсь, что у меня вообще могут быть с кем-то отношения, — признался он. — После того, что вышло у моих родителей…

Уилл думал о докторе Берроузе и миссис Берроуз. Обоим был в тягость скучный брак без любви, они жили каждый своей жизнью. Он не мог забыть, с какой неприязнью мать встретила доктора Берроуза, когда они вернулись в Хайфилд. Миссис Берроуз ясно дала мужу понять, что не готова опять жить вместе с ним.

— У которых? — спросил Честер.

— А? — не понял Уилл.

— Ты про каких родителей? Про настоящих?

Это заставило Уилла вспомнить о биологических родителях и о том, что рассказал ему Кэл. Мистер Джером беспокоился о соблюдении законов Колонии куда больше, чем о собственной семье, даже когда его маленький сын умирал от тяжёлой лихорадки. Без ума от отчаяния, Сара Джером, бросив мужа, совершила немыслимое — сбежала с ребёнком в Верхоземье.

Хоть это и могло оскорбить её память, Уилл невольно расхохотался.

Честер удивлённо посмотрел на него.

— На твой выбор, — пожал плечами Уилл. — Одни других стоят.

Тут в коридоре послышались торопливые шаги, и в дверях появился Перри.

— Нас атакуют! — проревел он. Его пейджер пищал так часто, что сигналы сливались в одну ноту. Перри принялся бить в гонг, стоящий на столе в холле. Дом наполнился тревожным звоном. Затем старик ринулся в кабинет. Ребята последовали за ним. Мистер Ролс, по-прежнему дежуривший у телекса, уже поднялся. Перри направился к монитору у себя на столе и застучал по клавиатуре, переключаясь между картинками с разных камер наблюдения. — Вот! Инфракрасная одного засекла! — крикнул старик. — Они в периметре!

В кадре можно было ясно различить тёмный силуэт, крадущийся мимо дерева. Уилл ахнул: следующая камера показала его уже на фоне главного въезда в поместье.

— Поглядите на оружие! — воскликнул парень, сразу узнавший длинноствольную винтовку с громоздким прибором ночного видения, какими пользовались Граничники. — Это они!

— О господи! — отозвался Честер. — И правда они!

— Да уж, это точно не викарий на прогулке. А вон ещё одна команда, — показал Перри на группу, в которой было не меньше четырёх бойцов, продвигавшуюся под прикрытием стены. — Периметр нарушен с южной стороны в нескольких местах. — Старик поднял взгляд на Дрейка, вошедшего в кабинет вместе с полковником Бисмарком. — Слышал? — спросил он у сына.