— Почему ты полагаешь, что Энди найдет это забавным? Ты что, стал психиатром? — обратилась Джоуди к отцу, не дожидаясь, пока тот нахохочется.

Отец только пожал плечами.

— Такое обычно нравится всем мальчишкам.

— Предостережение мне: никогда не выходить замуж, — произнесла Шарон, прежде чем отправить в рот очередную порцию «буррито» на вилке.

— Нацисты делали абажуры из кожи, — сказал Энди, подвигаясь к ней ближе. — Из человеческой кожи.

— Я так рада, что ты поделился с нами своими знаниями, Эндрю.

— Он такой неотесанный, — добавила Джоуди.

— Мужчины этим отличаются, — начала Шарон. — Но у них есть и другие качества, которые компенсируют этот недостаток. По крайней мере, у некоторых из них. И я не уверена, есть ли они у Энди.

Энди покраснел и рассмеялся, словно ему сказали большой комплимент.

Джоуди толкнула его локтем.

— Это было оскорбление, придурок.

— Джоуди! Следи за своим языком, — возмутился отец.

— За языком? Я? Да ты бы слышал, что...

— Превосходные гренки, — прервал ее Энди. — Думаю, это все благодаря булке с корицей.

Несколько мгновений они смотрели в глаза друг другу.

«Я чуть было не наябедничала на него», — досадовала она.

И она была признательна мальчишке за то, что он вовремя ее остановил.

Взяв в руки нож и вилку, Джоуди начала резать на кусочки свою гренку.

— Чем мы займемся после завтрака?

— Думаю, вернемся в мотель и выпишемся, — ответил отец.

— Может, сначала поищем магазин? Энди нужна какая-нибудь одежда.

Отец взглянул на часы.

— Посмотрим, сколько останется времени, когда будем уходить отсюда.

С вами снова Саймон

После того разговора я пулей понесся к Ковбою, мы загрузились в его «Кадиллак», заехали к Праху и уже от него взяли курс на Индио.

И добрались довольно быстро.

Впрочем, все же недостаточно быстро.

Когда мы были на месте, я попросил Ковбоя заехать на заправочную станцию «Тексако», тем более что нам нужен был бензин. Так что, когда он подрулил к колонкам самообслуживания, я вылез из машины и пошел заправлять бак.

Пока качался бензин, у меня была прекрасная возможность изучить стоянку у мотеля «Приют странника» через дорогу. Тот придурок, Фрэнк, сказал по телефону, что видит машину Фарго — синий «Форд».

Но там, на парковочной стоянке, почти все места были свободны. Только пара фургонов, джип и три служебные машины. И ни одной синей.

Ничего удивительного, если учесть, что было почти одиннадцать, а одиннадцать — час выписки в большинстве мотелей. Так что все уже в дороге, включая и клан Фарго.

Значит, мы разминулись.

На душе словно кошки скребли.

Но надо было закончить заправляться, и я стоял возле бака.

Между прочим, я все еще Саймона. На мне парик с каштановыми волосами, поскольку платиновый, который я надевал прошлой ночью, показался слишком броским для светлого времени суток, а мне не хотелось привлекать к себе особого внимания. В своем новом парике я выглядел женственно, но не крикливо.

Поскольку я проснулся с ужасным лицом (помните, что этот сукин сын Генри сделал мне прошлой ночью?), мы остановились в Дезерт-Хот-Спрингс, и я послал Ковбоя в аптеку за пластырями и макияжем. Марафетился я в пути. Чтобы прикрыть следы укусов на щеке, достаточно оказалось одного большого пластыря (к счастью для меня, этот гребаный Генри был не доберманом), а с помощью косметики замаскировал синяки.

Покидая дом Джоуди, я снял окровавленное летнее платье и надел одну из футболок девчонки.