Но было кое-что еще, что усиливало это волшебство. Ей в голову пришла идея, которая возбуждала и будоражила, и Лили хотелось поскорее вернуться домой и как следует обдумать ее.

Она отказалась выйти замуж за Невиля, потому что неуютно чувствовала себя в его мире и никогда бы не смогла играть роль графини. Она отказалась от брака не только ради себя, но и ради него самого, так как он всегда бы ощущал себя несчастным, видя ее несоответствие возложенной на нее роли.

Но сейчас Лили вдруг осознала, что уже не чувствует себя такой уж не вписывающейся в его мир. Конечно, за месяц она не столь уж многого достигла, и ей еще предстоит долгий путь познания, чтобы стать настоящей леди, пусть не по рождению, но по воспитанию. Но она уже встала на этот путь и медленно, но верно пройдет его весь. Пусть она не будет леди по рождению, и найдутся люди, которые будут указывать ей на это, но другие — а этих людей она любила и уважала — примут ее.

Тогда что же теперь мешает ей снова выйти замуж за Невиля?

Сначала Лили убеждала себя, что это невозможно, так как он женился на ней из чувства долга. Но она понимала, насколько это смешно. Она знала, что он любит ее. И уж конечно, знала, что и сама любит его.

Однако ей надо все тщательно обдумать. Она должна быть уверена, что сможет чувствовать себя с ним на равных, несмотря на свое происхождение, иначе это может стать преградой между ними, когда их страсть постепенно будет уступать место более спокойным отношениям.

Но все это она обдумает, когда останется одна. А сейчас она должна расслабиться, погрузиться в сказку волшебного дня и наслаждаться сложившейся ситуацией. Поэтому Лили поехала с Невилем, ела мороженое, рассказывала веселые истории, в основном касающиеся ее учебы. Они весело смеялись, и она чувствовала, что ему хорошо с ней.

Лили была слегка разочарована, когда их уединение было нарушено, но все же вежливо улыбнулась джентльмену, который остановился около их столика и заговорил с ними. Ей трудно было запомнить имена всех тех людей, с которыми их знакомили на балу у леди Аштон, но мистера Дорсея она помнила, возможно, и потому, что раньше видела его в Ньюбери-Эбби, но главным образом из-за того, что он явился причиной ссоры между Элизабет и герцогом Портфри.

— Ах, мисс Дойл! Добрый день, — говорил он, улыбаясь, кланяясь и глядя на нее с таким удивлением, словно увидел впервые. — Килбурн?

Они оба ответили на его приветствие, но без особого энтузиазма. Невилю и Лили хотелось остаться одним. Лили вспомнила, как Элизабет утром вскользь упомянула об этом инциденте на балу и, не пускаясь в долгие объяснения, сказала, что у нее есть веские основания просить Лили избегать дальнейшего знакомства с мистером Дорсеем.

Но Дорсей был общительным человеком и, как казалось Лили, абсолютно безобидным, хотя, не спросив разрешения, он сел за их столик и отнял у них целых пять минут, задавая Невилю вопросы. Оказалось, что он слышал о поездке графа Килбурна в Ливенскорт в Лестершире и очень сожалел, что поздно узнал об этом. Будучи наследником барона Онслоу, который живет в Натэлл-Грандж, расположенном всего в пяти или шести милях от тех мест, которые посетил Невиль, он бы непременно показал графу окрестности. Но возможно, его светлость ездил туда по какому-то делу?

По совершенно невероятной случайности, как решила Лили, в это время мимо их столика проходил герцог Портфри и сразу заметил их. На какое-то мгновение он остановился, приподнял шляпу и продолжил свой путь.

Спустя пару минут ушел и мистер Дорсей.

— Какой услужливый парень, — сказал Невиль. — Неужели он проехал бы весь путь до Лестершира только для того, чтобы показать мне окрестности, если бы знал, что я всего в пяти милях от имения его дяди? Сказать по правде, я едва знаком с ним. Возможно, он считает себя обязанным, так как провел пару дней в Ньюбери.