— И слышать не хочу об этом! — возмутился Патрик. — Мы не отпустим Бенджамина, правда, Патрисия? — обратился он за поддержкой к внучке.

Патрисия пришла в ужас, но выхода у нее не было, и скрепя сердце она сказала:

— Конечно, Бенджамин должен остаться с нами.

Неужели Бенджамин не видит, что коттедж крохотный, не догадывается, что в нем от силы две спальни?! — возмущенно подумала она, упустив из виду, что, если бы их было даже три, это не спасло бы ее. Она и Бенджамин все равно должны были бы ночевать в одной комнате, иначе дед заподозрил бы неладное.

— Ты, наверное, голоден? — спросила она Бенджамина, играя перед дедом роль заботливой жены.

— Нет, я поужинал в придорожном кафе по пути сюда, — с улыбкой ответил он.

Его безмятежность поразила Патрисию. Неужели он не понимает, что им, возможно, придется спать в одной постели?

Бенджамин и Патрик мирно беседовали в гостиной за чашкой чаю, но Патрисия их почти не слышала, ее терзали тревожные мысли. Может быть мне лучше переночевать здесь, на диванчике? — думала она. Нет, дедушка, пожалуй, решит, что между мной и Бенджамином пробежала черная кошка, и расстроится. Но что же предпринять, не может же она действительно лечь с ним в одну постель?!

— Уже поздно, я, честно говоря, устал, — сказал Патрик, вставая. — Я хочу показать вам вашу спальню, а потом отправлюсь к себе.

— Ты не возражаешь, дорогая, если я поднимусь с мистером Гуднайтом? — вежливо спросил Бенджамин. — Но, прошу тебя, не задерживайся, тебе надо отдохнуть.

Патрисия внимательно посмотрела на Бенджамина, и увидела, что его глаза смеются. Он забавляется, разыгрывая роль нежного супруга!

— Я скоро присоединюсь к тебе, — пообещала она придушенным от охватившей ее злости голосом.

Патрисия, как могла, тянула время. Она вымыла посуду, подмела пол в кухне, полила цветы, но, когда все хозяйственные дела были переделаны, все же настал момент, когда ей пришлось подняться на второй этаж. К счастью, дорожная сумка Патрисии стояла там же, где она ее оставила по приезде, — в прихожей. Патрисия не пошла сразу в спальню, а направилась в ванную комнату, чтобы переодеться. Конечно, можно было бы лечь спать в верхней одежде, но в таком случае завтра она предстала бы перед дедом в измятом брючном костюме. Так что пришлось надевать ночную сорочку и халат.

Патрисия была девственницей, она никогда не спала в одной постели с мужчиной и с ужасом представляла себе ту минуту, когда войдет в комнату и ляжет рядом с Бенджамином. Ее успокаивало только то, что она его любит, что он для нее не чужой человек. К тому же между ними существуют твердые договоренности и Бенджамин наверняка не собирается нарушать свое слово, и вступать с ней в интимные отношения.

Наконец, собравшись с духом, Патрисия подошла к двери спальни и открыла ее. Она надеялась, что свет в комнате уже выключен, а Бенджамин спит. Но он бодрствовал, и спальня была ярко освещена.

Патрисии, которую била нервная дрожь, потребовалось все ее мужество, чтобы твердой походкой войти в комнату.

Бенджамин лежал в кровати с книгой и, услышав, как открылась дверь, оторвался от чтения. Патрисия с облегчением заметила, что на широкой двуспальной кровати оставалось достаточно места для того, чтобы она могла лечь подальше от Бенджамина.

— Не обращай на меня внимания, — сказала Патрисия, заметив, что он смотрит на нее. — Я сейчас лягу и тут же усну. Я очень устала.

На самом деле она не сомневалась, что сегодня ее ждет мучительная бессонная ночь. Хорошо еще, что завтра утром ей не надо садиться за руль.