Они будут по меньшей мере разочарованы в нем. А скорее всего — придут в бешенство. А как насчет Робин? Они так гордятся своей маленькой девочкой, которая многого смогла добиться, вышла в люди. Что они почувствуют, узнав о ее незаконнорожденном ребенке? Конечно, такое сейчас встречается везде и повсюду, но Юнис и Алма Мей воспитаны по-другому. Они еще из той эпохи, когда подобное осуждалось.

Они наверняка расстроятся и встревожатся. Нет, он ни за что не позволит ранить этих женщин. И он ни за что не позволит ранить Робин, тем более не позволит ей самой мучить себя. Если только в его силах что-то сделать, он сделает.

Джейкоб видел, что Энни и Робин завершили последние приготовления и уже ждут в холле. Время венчания приближалось. Пора занять свое место рядом с Дереком.

Решительной походкой Джейкоб направился в холл. Робин расправляла складки на платье Энни.

— Джейкоб, что ты тут делаешь? — удивилась она. — Ты же должен стоять у алтаря.

Джейкоб посмотрел на часы. Минуты две у него еще оставалось.

— Мне нужно поговорить с тобой, — сказал он, беря ее под руку.

— Сейчас? — Робин не пыталась вырваться.

— Сейчас? — отозвалась эхом невеста.

— Прости, Энни, но я должен. У меня нет выбора. Я смотрел на твою бабушку, — обратился он к Робин.

— Что с ней? Ей плохо? — Робин взволнованно вытянула шею, пытаясь разглядеть Алму Мей.

— Да нет, с ней все в порядке. Не волнуйся, Робин. — Не самый лучший способ — сначала напугать ее, а потом предложить выйти замуж. Но Джейкоб собрался с духом и попробовал начать все сначала: — Ты видела, как она радуется свадьбе Энни?

— Ну да. — Робин переглянулась с подругой, явно не понимая, к чему он клонит, и подумывая уже, что он сошел с ума. Что ж, возможно, она в чем-то права.

— Ты когда-нибудь думала, как она будет радоваться твоей свадьбе?

Выражение лица Робин изменилось.

— Джейкоб, я не верю, что ты мог даже думать о таком. — В ее глазах блеснули гневные огоньки. — Может, все средства хороши, когда дело касается тебя и меня, но сейчас свадьба Энни и Дерека, а ты хочешь все испортить.

— Робин, просто выслушай меня.

— Давай-ка лучше возвращайся туда, где ты должен сейчас быть.

— Прости меня, Энни, — Джейкобу удалось вставить слово, прерывая гневное выступление Робин. Оставалась всего минута. Время истекает, а он обязан убедить Робин. Она должна понять. — Ты когда-нибудь задумывалась над тем, что творишь со своей семьей?

— Да! Да, да, и еще раз да! — шипела она на него.

— Не уверен.

— А мне все равно, что ты думаешь.

Джейкоб сделал глубокий вдох, приготовившись к решительной атаке.

— Но, Робин, когда ты появишься в следующем году с моим ребенком на руках, я хотел бы, чтобы ребенок носил мое имя. И я хочу, чтобы и ты носила мое имя.

— Ребенок? — произнесла Энни сдавленно.

— Я не сделаю этого, — повторила Робин.

— Пожалуйста, ради твоей матери, бабушки. Выходи за меня. Выходи за меня прямо сейчас. Со всем остальным мы разберемся потом, — выпалил Джейкоб. Времени почти не осталось. В его душе начала поселяться тревога.

— Джейкоб, я уезжаю, — произнесла Робин четко, как отрезала. От ее слов веяло неизбежностью. Он не сможет ее переубедить. Она уедет, ничто не остановит ее.

— Я знаю, что у тебя уже куплен билет на самолет, — продолжал Джейкоб.