Робин чувствовала, как сжалось горло от подступающих рыданий. Она качала головой, пытаясь выговорить: «Не надо», но слова застревали в горле.

Джейкоб положил ладонь на руку Алмы Мей, останавливая ее. Но она посмотрела на него с улыбкой, блестящими от слез глазами.

— Это наш подарок, — произнесла она. — Кольцо, сделанное из первых золотых самородков, которые нашли в Форевере. С них начался город, они привели меня сюда. А теперь им суждено сослужить другую службу.

Она положила кольцо на ладонь Джейкоба, подбадривающе кивнула и вернулась на свое место.

Джейкоб был тронут и поражен таким поступком, не говоря уже о Робин. Она смотрела на маленькое колечко в его руке, вспоминая историю, которую слышала уже столько раз. Самородок нашел ее дедушка у реки, вверх по течению. Он был одним из первых золотоискателей, которые потом основали этот город.

— Мы можем продолжать? — спросил священник.

Кольцо сияло на пальце Робин, когда Джейкоб поднял ее на руки и перенес через порог своего дома. В городском отеле ничего привлекательного молодоженам предложить не могли, да и, кроме того, ему хотелось провести всю ночь с Робин в своей постели.

Он не знал, что делать с подарком Алмы Мей. Отдать кольцо обратно означало бы признаться, что брак их ненастоящий, но и оставить его они тоже не имели права. Он осторожно опустил Робин на пол, касаясь кольца, согретого теплом ее руки.

— Джейкоб… — начала было Робин, но Джейкоб не дал ей продолжить, приложив палец к ее губам.

— Ш-ш, я понимаю. Но на сегодняшнюю ночь ты моя жена, остальное не важно.

— Но…

Снова ее протест не был услышан.

— Только на одну ночь. Я прошу.

В ее глазах он читал нерешительность, в них бушевали бури сомнений. Но потом Робин кивнула, и он улыбнулся.

— Поцелуй меня, муж мой, — прошептала она, и Джейкоб незамедлительно исполнил ее просьбу.

Они любили друг друга всю ночь, страстно и самозабвенно, понимая, как мало дано им времени. В предрассветных сумерках Джейкоб крепко обнял ее, чувствуя, как силы покидают его, как он проваливается в сон, изо всех сил противясь ему, не желая оставлять Робин ни на секунду, пока она рядом.

— Я люблю тебя, — прошептала Робин. И Джейкоб понял, что кольцо подарено не напрасно и теперь он может спокойно уснуть. Он сдался и закрыл глаза.

Она сказала, что любит его. Робин зажала рот рукой, вставая с кровати. Она натолкнулась на кресло-качалку в темноте и села в него.

Это было безумие. Жизнь пошла кувырком за две недели, что она провела в Форевере. Может, она находится под гипнозом? Или судьба все-таки нашла ее?

Вот что может произойти, если положиться во всем на судьбу. Больше Робин не позволит судьбе распоряжаться ее жизнью. Она чуть не потеряла все, над чем работала вот уже больше десяти лет, чего сумела добиться ценой невероятных усилий.

Отправляясь в Форевер, она собиралась просто отметить с семьей праздник и снова вернуться туда, где ее ждала новая, идеальная жизнь. И вдруг появляется Джейкоб, потом она занимается с ним любовью, и вот пожалуйста… Теперь она вышла за него замуж — такого она могла ожидать меньше всего. Но главное — она влюбилась в Джейкоба. И, господи помилуй, у нее появилось желание остаться здесь. Она что, на самом деле сошла с ума и хочет в один миг разбить прежнюю жизнь и забраться обратно в постель к своему новоиспеченному супругу, оставшись с ним навсегда, пока смерть не разлучит их?

Робин покачала головой. От таких мыслей ей становилось страшно. Если она немедленно не сбежит из этого городка, то окажется в ловушке. И тогда уже не уедет отсюда никогда.

Джейкоб повернулся на бок и протянул руку, во сне пытаясь найти ее.