– Естественно. Только для пеленгации ничего особо сложного не нужно. Все премудрости известны еще со времен Второй мировой, – Рокотов достал фляжку и сделал глоток воды. Напряжение после боя спадало. – А тут вокруг, судя по всему, масса воинских частей. Вот и засекли в шесть секунд.

“Бред! – осекся он на середине фразы. – Воинские части – это одно дело, а бандиты-каратели – другое... Ничего не понимаю! Или есть все же между ними связь? Идиотизм какой-то... Полицейские действуют автономно... Но иногда и в контакте с армией, ибо своей аппаратуры пеленгации у них нет. Кто же ими руководит-то? На суп ер подготовленный спецназ они не похожи, те ребята мне бы ни одного шанса не оставили...”

– Ты что замолчал? – забеспокоился Коннор.

– Да думаю я, – Владислав почесал затылок, – кто против нас играет... У твоего передатчика какой радиус действия был?

– Двести миль. Только это не простой передатчик, а прибор спецсвязи со спутником. Луч направлен почти вертикально вверх.

– Это самоуспокоение, – махнул рукой биолог, неплохо подкованный в области физики. – Электромагнитное поле все равно распространяется во все стороны. По остаточным возмущениям могли запеленговать.

– Сигнал шифрованный, – не сдавался Джесс.

– Каким образом?

Коннор замялся. То, что он собирался сказать, входило в разряд секретных сведений и разглашению не подлежало.

Рокотов чуть заметно улыбнулся.

– Ну, не тяни. Обещаю, что никому об этом не расскажу. Тем более что тебя все равно засекли. А это значит, что все ваши тайны давно известны противнику.

Летчик тяжело вздохнул. В словах русского был резон.

– В общем... Кодирование сигнала идет по принципу случайного подбора атмосферных помех. Даже если точно знать частоту, то без дешифратора ничего не разобрать. Один “белый шум”, .. Причем частота передачи еще и скачет.

– А тогда каким образом тебя смогли засечь? И луч узконаправленный, и сигнал закодированный, и частоты произвольно меняются... Не получается что-то. Такая аппаратура, боюсь, еще не создана ни у вас, ни у нас. И тем более ее нет у югославов. Так что подобная версия не проходит... Думай дальше.

– О чем думать?

– Все о том же. Как тебя смогли запеленговать?

Кудесник нахмурился. Он и сам неоднократно возвращался в мыслях к тем странностям, что сопровождали его невеселое приключение.

– По-моему, – заметил Рокотов, – вокруг тебя ведется какая-то игра. То ли югославы такие умные и технически оснащенные, что все ваши секреты наизусть знают, то ли тебя сдали свои же... Второе более вероятно...

– А смысл? Мое пленение ничего кардинально не меняет.

– Это да. Но ни я, ни ты не имеем достаточно информации. Давай мыслить логически. Полицейские пустились за тобой в погоню почти сразу после того, как заработал твой передатчик. Так?

– Так.

– Второе. Они пошли по твоим следам ночью, в правильном направлении, будто знали твой маршрут. Согласен?

– Да.

– И третье, самое интересное. – Владислав склонил голову. – Полицейские пришли к болоту буквально через десять минут после того, как мы кончили закладывать заряд. Какой вывод? Они точно знают, где тебя искать.

– Потому-то мы и остановились здесь?

– Молодец, сообразил. Эти болота я знаю как собственную квартиру, а они – нет. Вот поэтому мы сидим в засаде и ждем, когда по нашему следу прибудут гости. Пройти они смогут только по очень узкой тропке, прямо под мой прицел... Если вообще знают дорогу.