Он вздохнул про себя и посетовал, что не удалось прихватить автомат. С оружием в руках он чувствовал бы себя гораздо увереннее.

А рисковать самолетом стоимостью в 45 миллионов долларов Пентагон не любит.

Пилотов разместили в гостинице на территории авиабазы, напротив аэродрома. Выходить в город было запрещено, да и некогда – и как только первые “С-130” стали приземляться в Шпангдалеме, начались проверка боеготовности машин, распределение боекомплектов и отработка полетных заданий. На инструктаже летчикам объявили, что операция против Югославии намечена на 24 марта, а их основной боевой задачей будет уничтожение центров управления ПВО противника и штабов армейских подразделений на территории Сербии. Особое внимание обращалось на Белград, окруженный мощной системой зенитно-ракетных комплексов. Пилоты американских ВВС криво ухмылялись, когда им продемонстрировали подробнейшую карту, за несколько дней до этого переданную в НАТО высоким чином российского Генерального Штаба. Именно русские разрабатывали систему ПВО Югославии, и один из генерал-майоров, имевший доступ к схемам, получил шанс хорошо заработать.

Генерал давно искал свою нишу в Министерстве Обороны, превратившемся из военного ведомства в подобие посреднической конторы, и начало югославской кампании Северо-Атлантического Альянса сулило неплохие барыши. Обидно ведь – все коллеги уже обзавелись “мерседесами” и дачами на Рублевском шоссе стоимостью по полмиллиона долларов, а он, как последний дурак, все ездит на приусадебный участок в Замоскворечье на жалком “опеле-омеге”. Теперь же материальное положение генерала должно было заметно поправиться.

Кудесник Коннор внимательно ознакомился с планом и подумал, что особых трудностей с бомбардировками не возникнет – у югославов на вооружении комплексы “С-75” и “С-125”, которые, как уверяли инженеры компании “Локхид”, создавшие летающее чудо “F-117A”, ни один из “невидимок” своими локаторами не засекают. ПЗРК “С-300”, этот кошмар всех без исключения военных летчиков западных стран, СРЮ не имела, несмотря на многочисленные попытки его приобрести: агенты влияния Госдепартамента в российском руководстве не позволяли экспортному ведомству совершить подобную сделку. Конечно же, негласный запрет стоил денег, однако расходы на русских чиновников окупались с лихвой.

Джесс плотно пообедал в офицерской столовой и вместе с остальными просмотрел агитационный фильм о преступлениях режима Милошевича. Кино ему понравилось.

– Опять перешел на здоровую пищу, – усмехнулся Павлий, молодой выпускник Белградского Технологического, парень с белесыми волосами до плеч.

– На одном кофе загнуться можно, – невозмутимость Ненада была непробиваемой, – и потом, в такую жару мясо в горло не лезет.

– Знаешь, а я навернул эскалопчик, и ничего. Очень даже неплохо проскочил... Кстати, не одолжишь бетакамовскую кассету на шестьдесят минут?

– Если “нормал”, то дам. А металла нет, – рассудительно заявил Кротович. – Сходи к Билановичу, пусть выпишет.

– Был уже, – погрустнел Павлий. – Говорит, нету. Все у разъездных групп... Ну что за жизнь? Какую-то кассету не достать.

– А зачем тебе?

– Да понимаешь, материал у меня завис, перегнать надо. Классный материальчик, но оригинал – туши свет! Короче, один из наших на границе с Косово отрядец какой-то заснял. На любительскую камеру, с расстояния в километр – еле видно. Трансфокатор у него – всего-то “шестерка”.