В разгар их романа в доме появляется четырнадцатилетний сын Траузе. Поведение этой парочки вызывает у него отвращение. Он и раньше не любил Грейс, теперь же, когда она, как он считает, заняла в сердце отца его законное место, он готов сделать все, чтобы разрушить их идиллию. Жизнь втроем превращается в сущий ад. В конце концов Джейкоб переходит всякие границы, и его отправляют назад к матери.

Как бы Траузе ни любил Грейс, он не может не понимать очевидных вещей. Мало того что между ними двадцать шесть лет разницы, вдобавок она дочь его лучшего друга. Постепенно страсть уступает место чувству вины. Он спит с девушкой, которой когда-то пел колыбельные. Будь на ее месте любая другая, не было бы проблемы. Но как сказать близкому другу, что он влюбился в его дочь-студентку? Он рискует быть спущенным с лестницы как извращенец. Скандал будет тот еще. Даже если он пойдет ва-банк и женится на Грейс, в этой ситуации она окажется пострадавшей стороной. От нее отвернется вся семья, и он себе никогда этого не простит. После долгих раздумий он говорит Грейс, что ей лучше связать свою жизнь с человеком ее возраста. В противном случае она рискует стать вдовой, не дожив и до пятидесяти.

Все кончено, Грейс с разбитым сердцем, подавленная и растерянная, улетает в Нью-Йорк. Через полтора года в Америку возвращается и Траузе. Он въезжает в дом на Бэрроу-стрит, и там роман вспыхивает с новой силой. Траузе любит Грейс, но его одолевают все те же сомнения. Он держит их связь в глубоком секрете, чтобы слухи, не дай бог, не дошли до отца Грейс, и она охотно ему в этом подыгрывает — возлюбленного она вернула, а брак ее не волнует. Время от времени сослуживцы пытаются назначить ей свидание, но она последовательно всем отказывает. Ее личная жизнь окутана завесой тайны, ее рот всегда на замке.

Поначалу все идет хорошо, но через два или три месяца в их отношениях обнаруживается некая цикличность, и Грейс начинает понимать, что от нее ничего не зависит. Траузе хочет ее и не хочет. Он должен и не может от нее отказаться. Он исчезает и появляется, пропадает и возвращается, она же всякий раз по первому звонку бросается в его объятия. Он цепляется за нее — день, неделю, месяц, — а затем верх берут мучительные сомнения, и он опять уходит в тень. Барабан то крутится, то не крутится, но в любом случае к контрольной кнопке ее, Грейс, не подпускают. А значит, изменить ситуацию она не в состоянии.

Это безумие продолжается без малого год, и тут на горизонте возникает ваш покорный слуга. Я влюбляюсь в Грейс, да и она ко мне, несмотря на связь с Траузе, кажется, неравнодушна. Я отчаянно ее добиваюсь, понимая, что у меня есть сильный соперник, но и при первом знакомстве с Джоном Траузе (знаменитым писателем и старым другом семьи), и после того мне даже в голову не приходит, что он и есть тот самый мужчина ее жизни. Несколько месяцев она мечется между нами, не в силах определиться. Пока Траузе выдерживает характер, Грейс встречается со мной; стоит Джону ее позвать — и ее для меня нет. Меня мучает неизвестность, я на что-то надеюсь, но тут она порывает со мной, и, кажется, навсегда. А дальше… возможно, снова подхваченная барабаном, она пожалела о своем решении, или Траузе великодушно уговорил ее вернуться ко мне, понимая, что со мной у нее есть будущее, а иначе — все те же прятки, затворничество, тупик. Возможно, именно он убедил ее выйти за меня замуж. Тогда становится понятной произошедшая с ней перемена, внезапная и необъяснимая. Вдруг я снова ей понадобился, больше того, она хочет, чтобы мы поженились, и чем скорее, тем лучше!

Наш медовый месяц растягивается на два года.