О, это было совсем как в каком-то древнем фэнтэзи: трудолюбивые, суеверные крестьяне и ремесленники, отважные сквоттеры и стойкие духом землепроходцы... Преисполненное благих намерений, проникнутое сознанием своей высокой миссии рыцарское сословие... Университеты – больше похожие на монастыри тайных орденов. Целый спектр религий, сект и верований. Загадочные, всезнающие и действительно способные творить чудеса колдуны и маги – добрые и злые... О, этот великий век оживших сказок! За его магией стояло нечто большее, чем слепая вера суеверных толп: в ней слились и достижения земной НТР и тщательно культивируемые под чужими небесами паранормальные способности... Неслыханные твари, действительно, таились в дебрях лесов, в пучине морской, в высях небесных, а не были порождением болезненной фантазии...

    Вот в такую магическую мозаику начала складываться жизнь Чура, к тому времени, когда на орбиту вокруг планеты вышли два мятежных звездолета... Это второе пришествие землян на Чур радикально изменило ход его истории.

    Можно сказать, стало роковым.

    * * *

    Зазуммерил блок на столе у комиссара.

    – Так это ты, Мариус?... Что? Думаешь, что-то готовится? Какой звонок от Яснова? Почему я опять должен смотреть новости?

    Он раздраженно кинул трубку на стол, и та тут же вновь залилась трелью вызова.

    – Слушаю вас, Агент... – Роше озабоченно глянул на возникшего на экране Кима.

    Несколько минут напряженно слушал то, что втолковывал с той стороны канала Агент на Контракте. Поднял голову и, не отрываясь от трубки, стал отрывисто отдавать распоряжения.

    – Простите господа, но, кажется, рыбка клюнула и грозит оборвать крючок... Я покину вас. Надеюсь, у нас еще найдется возможность поболтать о Чуре, профессор. Ким, – он снова поднес трубку к уху, – вам лучше не таскаться со мной – дело чисто оперативного характера...

    Он повернулся к дежурному.

    – Как только Роб и Сэм получат наконец справки с Университетского компьютера и от оргкомитета этого самого движения, верните профессору его пушку и можете отпускать на все четыре стороны, если не имеете к нему вопросов.

    Взяв из ящика стола свой потертый Парабеллум, он нахлобучил шляпу. Коротко мотнул головой.

    – Простите, профессор. Вперед, ребята!

    * * *

    – Давай! – тихо скомандовал Комски вконец позеленевшему в свете галогенового фонарика Гонсало и подтолкнул его к темному провалу. – Тебе там нечего бояться, кроме смерти...

    Гонсало обреченно вздохнул и шагнул вниз. Двое крепко сложенных сопровождающих напряженно замерли за его спиной. Герр Комски отступил назад.

    – Э-эй, это я... – негромко позвал Гонсало, в надежде, что никого здесь, в покинутом Прокате, нет и быть не может.

    Вздохнул и, преодолев последние ступеньки лестницы, он чуть более уверенно шагнул в зыбкий сумрак.

    – Здравствуй, – шепнул ему на ухо Кноблох, поплотнее прижав ствол бластера к основанию адвокатского черепа. – Пригласи сюда своих друзей, только смотри – не испугай...

    Придерживая его за предплечье, он отвел адвоката к стене – от греха подальше.

    – Ну, – спросили сверху, понизив голос, – что там?

    – Никого... – стараясь не подвести вновь обретенных знакомых, выкрикнул Гонсало.