– Проверим Терминал, – пожал тот плечами. – Хотя это, конечно – дохлый номер...

    * * *

    – Зачем вы везете меня туда? – спросил Рамон того, кто сидел справа от него.

    Теперь это был вовсе не верный советник Конрад. Он был как-то непривычно угловат и матово бледен – этот его спутник. Также, как и другие трое, сидевшие в салоне. И тот, что был за рулем.

    – Достаточно того, что мои люди будут там. Их больше дюжины в двух машинах...

    – Надо ускорить события, – как-то неточно подбирая слова и интонацию, ответил странный спутник. – Твои люди слишком часто проваливают дело. Надо, чтобы ты поработал сам.

    И мы будем работать сами... Теперь мы точно знаем, где хотят спрятать Гостя...

    – Откуда вы знаете это, если даже я?... – начал Рамон.

    – Он стал... разговаривать со своим Псом... – все так же косноязычно стал объяснять его спутник.

    – Так они нашли друг друга?

    – Нет... Они разговаривают... издалека... Так, как они это делают там, на Чуре... Мы... мы хорошо знаем это – как они это делают... Умеем прочитать... Они отправляются в такое место, где мы очень легко получим Гостя себе. Это – очень большое совпадение...

    – Совпадения – очень опасная вещь... – вздохнул Рамон.

    * * *

    Теперь они были вместе – все шесть комков голубого, фосфоресцирующего меха – если странную субстанцию, из которой Бог или Дьявол сотворили эти существа, можно было назвать мехом. Скорее, это было что-то из разряда гибридов между нежнейшей молодой плесенью и волокнистыми лучами света гнилушек в тумане. И все это в сочетании с огромными – тоже слегка светящимися – глазами, пронзительными и совершенно чуждыми всему земному. Харру стало не по себе. И недаром.

    С ними что-то явно происходило – с этими малышами – с того самого момента, как они оказались вместе. Тихое пощебетывание, которое испускал то один, то другой из них, пока Харр стаскивал их по-одиночке в этот теплый и сравнительно чистый подвал, стало странным пульсирующим хором, зазвучавшим в такт с каким-то внутренним ритмом, который индуцировало в сознании Харра их общее сознание. И из неразумных, полуголодных крох они вдруг перевоплотились в сонм странных демонов – древних и мудрых, дявольски целеустремленных...

    Харра вовсе не удивило, когда все они, словно зачаровывая друг друга, завели по темному подземелью жутковатый призрачный хоровод, а затем, словно подхваченные незримым потоком нездешнего какого-то ветра, торопливой, мерцающей вереницей унеслись во тьму. Он и сам устремился за этой стайкой призраков... Впервые за много-много лет он ощутил себя чем-то невероятно тяжелым и неуклюжим. Впервые он ощущал потребность подчиниться чему-то, кроме Закона Стаи... И только когда мерцающая вереница пошла выписывать в темных буераках круг за кругом, он понял, зачем он здесь. Демоны призрачного света хотели, чтобы он повел их, защитил в пути...

    * * *

    – Там – у Фотографа – я не имел возможности представить вас друг другу... – извиняющимся тоном начал Ким, занимая место за рулем. – Но, кажется, в этом уже нет необходимости...

    – Так это и есть тот самый страшно секретный тип, из-за которого вы поцапались с майором Свирским? – констатировал Роше, с некоторым неодобрением разглядывая Пера.

    Потом выпустил в пространство едкий клуб дыма, снова воткнул трубку под усы и полез в кар.