– Так что с ним приключилось? – полюбопытствовал еще не успевший вчитаться в сунутую им подмышку распечатку Роше. Как его еще и под колеса угораздило? С горя что-ли полез?

    – Сейчас он сам вам объяснит, – заверил его дежурный – Забавная, если разобраться, история...

    – Куда уж забавнее! – прокомментировал уловивший последнюю реплику Николай. – Чертова дура эта – монашка, что за рулем была... Этой – «черепашки» идиотской... Она как увидела – труп, кровь, все такое...

    Так, видно, и сбрендила – направила на меня эту колымагу свою и вместо того, чтобы по тормозам, по газу вдарила, стерва старая...

    Хорошо еще, что там у нее автоблокировка была... Обе ноги мне «починила», зараза, три ребра и сотрясение обеспечила...

    – Примите наши соболезнования... – вздохнул Роше, устраиваясь на заботливо поданом ему стуле и поправляя накинутый на плечи белый халат. – Однако давайте перейдем к делу...

    – Давайте, – уныло согласился Братов, устало прикрывая глаза. – Сегодня вы – четвертый, кому я всю эту историю рассказываю. Или пятый. Тут недавно совсем двое были с этой штукой – мнемостимулятором – фоторобот делали...

    – Да, вот он тут у меня... – Роше взял из рук Кима распечатку. – Это

    – водитель. Уровень достоверности низковат... А это – тот, второй, которого вы, вообще, видели мельком. Тут просто не о чем и говорить... Тут уж совсем – кто угодно мог быть. Исключить можно только грудных младенцев и калек. Вы – вот что – постарайтесь-ка припомнить лучше что-нибудь из деталей поведения того – первого, что был за рулем. Ну, может быть, он о чем-нибудь говорил вам – такое, что вам как-то запомнилось, или что-нибудь что-то такое характерное у него в поведении было... Ну, знаете, кто носом пришмыгивает, когда говорит, кто покашливает, кто, извините, репу чешет беспрерывно...

    Николай только поморщился.

    – Меня тут об том же самом битый час расспрашивал кто-то из ваших – еврейчик такой симпатичный, в очках... Так ничего путного и не удалось припомнить. У меня тогда, правда, башка и вовсе не варила...

    Ну что тут сказать можно... Ну, вообще-то, я на него – на водителя – особого внимания, как на зло, не обращал вовсе... Ну он из англоязычных – это однозначно... Так их много таких здесь... Но это, в общем, не типично для водилы. И волосы... Думаю, что то парик был... А так...

    – Посмотрите вот на эти снимки, – Ким через плечо Роше протянул Братову увесистую пачку распечаток из папки, на которой второпях фламастером было начертано: «Г. Гопник – знакомые и клиентура».

    Братов уселся в койке поудобнее и принялся сосредоточено тасовать разного качества портреты. Это заняло довольно много времени – у адвоката Гопника была наредкость обширная и разношерстная клиентура и не менее широкий и разнообразный круг знакомств. Поскольку сей персонаж уже не раз участвовал в переговорах, не афишируемых властями, фотографировали всех, кто так или иначе входил в контакт с Гонсало, давно и систематически. На оборотах снимков, по запросу Роше, компьютер педантично отметил, имеет ли данный фигурант собаку и если да, то какую.

    – Вы бы уж сразу мне весь город на просмотр лучше дали бы, – с досадой вздохнул Братов, перебрав первые два десятка фото. Здесь кого только нет. Уж негров-то и баб могли бы и откинуть...

    – Дам? Гм.