Я бросаю на нее настороженный взгляд.

– Что ты имеешь в виду?

Фауна придвигается ближе ко мне, пока наши колени не соприкасаются, и накрывает мою руку своей. За маской ее взгляд затенен.

– Если бы был способ использовать твои узы с Роуэном, чтобы снова увидеть его… ты бы пошла на это?

Мой пульс учащается, и вся тоска, которую я так старательно подавляла, горе, которого я пыталась избежать, снова поднимается, резко и внезапно.

– Да. Конечно, я бы пошла на это.

Фауна крепче сжимает мою руку в своей.

– Ты позволишь мне… помочь тебе?

Я безмолвно смотрю на нее, пытаясь понять, что она имеет в виду.

– Твоя магия, – говорю я, мой пульс учащается, когда я смотрю на печать на моем запястье. – Ты можешь использовать ее, чтобы пробудить заклинание?

Она медленно кивает.

– Возможно, я знаю способ.

С внезапным сомнением я думаю о нашем обмене внутри сердцедрев.

– Но придется заключить сделку.

Ее губы растягиваются в извиняющейся улыбке.

– Да, придется. – Она проводит большим пальцем по моим костяшкам, как будто хочет приободрить меня. – Но нет необходимости решать сейчас. Я дам тебе время, чтобы все обдумать.

За маской я вижу ее ласковый взгляд. Она хочет помочь. Я знаю, насколько это безрассудно, насколько глупо отдавать все больше частичек себя миру, который уже так много у меня отнял. Но я прошла через тернии, потому что хотела правды. И если есть способ восстановить мою связь с Роуэном, то я должна им воспользоваться.

– Да. Я пойду на сделку с тобой.

Она улыбается шире, обнажая выступающие клыки. И точно так же, как раньше, когда я заметила, что черты ее лица изменились, на мгновение ее зубы стали острыми.

Я всматриваюсь в ее лицо повнимательнее. Она наклоняет голову, улыбка тускнеет от смущения. Потусторонность, которую, как мне казалось, я заметила, исчезает. Она всего лишь девушка, и выражение ее лица отражает мое собственное. Робкую, хрупкую надежду.

– Итак, – спрашиваю я ее, – с чего мы начнем?

Фауна встает на ноги и подходит к арке, ведущей обратно в лес.

– Сначала мне нужно собрать кое что для заклинания.

Я беру один из фонариков с алтаря и следую за ней. Арка ведет к узкой тропинке, вьющейся сквозь рощу стройных деревьев. У них бледная кора и ветви обвиты лентами, а стволы испещрены отметинами, которые выглядят почти как… глаза.

Здешний пейзаж отличается от той заросшей колючими кустарниками части леса, которая окружает мой домик. Почва не устлана мхом, а просто представляет собой плотно утрамбованную землю, а сплетения звездчатого жасмина рассыпаются вдоль дорожки завитками листьев и бледных цветков.

Между лозами земля усеяна сияющими костями.

Среди костей и листьев есть и другие вещи. Банки, наполненные малиновой жидкостью. Сгоревшие свечи. Маленькие шелковистые коконы мотыльков. К одному из деревьев прибит алтарь. Икона выцвела, но я могу разглядеть мягкий изгиб рта. Острый выступ двух рогов. Прядь светлых волос.

Силуэт в короне, должно быть, изображает Подземного Лорда, но он не совсем похож на другие его изображения. Я останавливаюсь, пытаясь присмотреться повнимательнее, но Фауна тянет меня за руку и убеждает продолжать движение.

В воздухе повисает тишина, и на меня падают бледные снежинки, мягкие, как перья. Они приземляются на мои волосы и юбки, покрывают мрачные украшения рядом с дорожкой. Я ловлю одну из снежинок на ладонь. Она словно крошечный цветок, сделанный изо льда.

Я сжимаю пальцы, снова разжимаю их и вижу, что снежинка растаяла, и ничего не осталось. Когда Фауна смотрит на меня, я смущенно объясняю:

– Я впервые в жизни вижу снег.