На мгновение тени в лесу снова преображаются. На этот раз в другую, более знакомую форму. Длинный плащ. Темные волосы и глаза с золотыми крапинками. Покрытая шрамами рука тянется ко мне.

– Роуэн?

Его имя вырывается прежде, чем я успеваю сдержаться. Я делаю шаг вперед, ожидая, что тени расплывутся и исчезнут, сомкнутся над ним. Вместо этого печать на моем запястье начинает пульсировать, слабо, но ровно. Мои пальцы освещает мягкое волшебное сияние.

Он вскидывает голову. Мы встречаемся взглядами. Он больше похож на монстра, нежели на юношу – исполосованный тьмой, под его кожей течет яд, словно чернильные капли, а пальцы скручены в когти.

Я вижу, как его рот приоткрывается, свет падает на слишком острые зубы, когда он шепчет мое имя. Боль пронизывает меня, все раны, потери и желание. И потом, за болью, таится маленькая, мимолетная надежда.

Я прижимаю пальцы к запястью. Прикасаюсь к печати – сначала легко, потом настойчивее. Я жду, затаив дыхание, когда между нами протянется нить, как это было раньше. Я чувствую приглушенное притяжение, и бледное мерцание освещает воздух. Но потом оно замолкает и меркнет, и я остаюсь одна на границе деревьев.

Я сильно зажмуриваюсь, прижимаю костяшки пальцев к закрытым векам и смотрю снова. Но вокруг только капли пролитого дождя, тонкий шепот душ внутри деревьев. У меня вырывается резкий, разочарованный всхлип. Я стискиваю зубы, пытаясь проглотить его.

Фауна легко касается моей руки.

– В чем дело? Что ты видела?

– Это был… ничего. Просто играющие со мной тени.

– Я слышала, как ты назвала имя. Это кто то из твоей жизни в Верхнем мире?

– Роуэн. – Я тянусь рукой к своему запястью. Неторопливо обрисовываю очертания печати, пытаясь отыскать слова объяснения. – Он был… парнем, которого я полюбила. Я заключила с Подземным Лордом сделку, чтобы защитить его, чтобы спасти его. Я хотела вернуться. Я обещала вернуться, но я… – Мой голос срывается. В моих глазах стоят слезы, медленно стекают по моим щекам, когда я продолжаю: – Я знаю, что я умерла и что теперь мы не можем быть вместе. Но это был он! В видении – и оно было таким реальным.

Фауна проводит большим пальцем по моей руке, издавая низкий горловой успокаивающий звук. Она провожает меня к ограждающей стене, и мы вместе садимся рядом.

– Должно быть, он очень важен для тебя, раз ты заключила такую сделку.

– Да, так и есть. Он… он был важен. – Я смотрю через углубление, мой взгляд прикован к алтарю, и я пытаюсь сдержать новые слезы. Я делаю несколько прерывистых вдохов, пытаясь взять себя в руки.

Теперь адреналин, который привел меня сюда, исчез, и у меня все болит. Мой плащ разодран шипами, на ладонях глубокие порезы. Я закатываю рукава, обнажая царапины на руках и запястьях, которые еще покрыты бисеринками крови.

Вздыхая, я прижимаю складку своего плаща к самому глубокому порезу. Фауна запускает руку в карман и вытаскивает кусочек ткани, похожей на те, что развеваются на деревьях наверху. Я беру его у нее, неуклюже перевязываю изрезанную руку.

Пару секунд она смотрит на меня с задумчивым выражением лица.

– Если ты умерла, то почему ты здесь, а не внутри дерева, как остальные души?

Я демонстрирую ей шрам, проходящий через линию моего сердца.

– Когда я была еще ребенком, я заключила сделку с Подземным Лордом. Позже он пришел за мной. Он сказал мне, что я… – Я замолкаю, поскольку мне стыдно и неловко говорить это. Особенная. – Ему нужна была моя помощь, и взамен он пообещал мне место в своем мире.