– Это ложь, – воскликнул Рубен. – Хупер этого пистолета в глаза не видел. Ваши люди забрали его из моей комнаты. Вы подбросили его Хуперу, сами поставили на нем отпечатки его пальцев.

– Значит, вы признаете, что это ваш пистолет, лейтенант. Так давайте посмотрим, может быть, и мистер Хупер его припомнит.

Беллегард сделал три длинных шага через камеру. Рубена, стоявшего у края топчана, он словно перестал замечать. Без всякого предупреждения Беллегард ухватился правой рукой за растрепанные волосы миссионера и рывком поднял его в полусидячее положение. Рубен шагнул вперед, собираясь броситься на майора, но за его спиной раздался металлический щелчок, и он вернулся на место.

– Не будьте дураком, лейтенант, – произнес Беллегард. – Капитану Луберу все равно, пристрелит он вас или нет, ему на это ровным счетом наплевать.

Макс держал голову Хупера на расстоянии примерно фута от своего лица. Он уронил пистолет на топчан и поднес свободную руку вплотную ко рту Хупера.

– Какой кошмар, – сказал он. – Вам нужно, чтобы кто-то занялся вашими зубами.

Беллегард ловко просунул длинные пальцы между истерзанных десен Хупера. Американец вскрикнул, когда Макс ухватился большим и указательным пальцами за сломанный зуб и начал раскачивать его. Зуб в конце концов вылез из десны, забрызгав подбородок и грудь Хупера свежей кровью. Беллегард проделал тот же маневр со вторым зубом. Хупер потерял сознание.

Макс обернулся. Он казался почти разочарованным, что жертва так легко ускользнула от него.

– Времени у нас много, лейтенант. Спешить некуда. Моя жена и дети спокойно спят у себя дома. Они не ждут моего возвращения, пока кризис продолжается.

А теперь поправьте меня, если я ошибаюсь. Вы получили этот пистолет от американского правительственного агентства, известного как АНКД, агентства, к которому вы временно причислены. Вы затем передали этот пистолет присутствующему здесь мистеру Хуперу, также являющемуся агентом американского правительства. Хупер после этого приступил к выполнению своего задания, заключавшегося в том, чтобы застрелить генерала Луиса Валриса, министра обороны Гаити. К сожалению для него и для вас, но к счастью для гаитянского народа, Хупер после завершения своего задания был арестован телохранителем генерала. В основе своей все так и было, не правда ли?

Рубен промолчал. Что толку возражать?

– Вам нечего сказать? Очень жаль. Сегодня ночью, немного позже, мистер Хупер будет расстрелян. Чистосердечное признание дало бы ему еще некоторое время. Впрочем, мистер Хупер не представляет для меня абсолютно никакого интереса. Меня интересуете вы, лейтенант. Вы и те люди, на которых вы работаете.

Майор поднялся. Он окинул камеру взглядом, словно видел ее в первый раз. Его голова, почти касалась паутины на потолке. Черные существа бегали по потолку на своих чудовищных лапах.

– Очень хорошо, – „произнес Макс. – Полагаю, пришло время предоставить мистера Хупера его судьбе. Нам предстоит обсудить более серьезные вопросы.

Он замолчал и приблизился вплотную к Рубену, встав совсем рядом.

– Сегодня ночью нас ждет долгая поездка. Я должен просить вас быть терпеливым, очень терпеливым.

Они оставили Хупера лежать на топчане, как обломок кораблекрушения на дне океана. Одеяла свалились с него, лишив его последней защиты. «Снилось ли ему что-нибудь? – спросил себя Рубен. – И если снилось, то что: рай или ад?»

Беллегард проводил Рубена до выхода из управления и вывел на заполненную солдатами площадь. Машины Амирзаде здесь уже не было. Где-то рядом слышался треск радиостанции, его сменил скрежет шестерен, и бронированный грузовик прогрохотал мимо «Шукуна».