|
Из крана в бутылку закапала прозрачная жидкость. Не обращая на меня никакого внимания, она еще несколько раз с помощью каблука тяжелых ботинок отрегулировала процесс перегонки. Когда бутылка наполнилась, Марни закрыла кран, подошла к занавеске и отодвинула ее. Моему взору открылась фигура еще одной девушки. На краю трехъярусной солдатской койки, в нижнем ее отделении, сидела какая-то худосочная девица с выбритой головой. По остаткам волос можно было понять, что некогда она была рыжей. Несмотря на болезненный вид, зеленые глаза девушки сияли. Марни снова одарила меня сердитым взглядом. Я внимательно посмотрел на молодых женщин. Обе без тени смущения встретили мой взгляд. - Великий Боже, - выдохнул я. На меня взирали два почти точных факсимильных издания Керрис Бедеккер. * * * Вот так. Как любит говорить моя мама, накладывая мне в тарелку зелень: "У тебя есть две возможности, Дэвид Мэйсен, ты съешь все это либо с удовольствием, либо с отвращением". Нравилось мне помещение или нет, но мне предстояло провести в нем по меньшей мере одну ночь. Марни решительным жестом показала на верхнюю койку, и это, несомненно, означало, что ночь я проведу под потолком. Нельзя сказать, что она совсем не хотела мне помогать. В своей обычной резкой манере (я так и не смог понять, то ли от избытка энергии, то ли злости) она освободила меня от рюкзака. - Нет... нет! - Я успел остановить ее до того, как она бросила груз на пол. - Легонько и аккуратно, - произнес я с нервозной улыбкой. Показал на вьюк и добавил: - Бум! Бум! - В тот же миг мне пришлось пожалеть, что я заговорил на языке английских младенцев. Пламя, сверкнувшее во взоре Марни, ясно дало мне понять, что она вовсе не слабоумная. Интересно, какие слова она произнесла, что полиция отрезала у нее язык? Вторая копия Керрис наконец решила заговорить. - Скажите, что в нас такого, что выбивает вас из седла? - спросила она голосом Керрис. Голос, правда, звучал очень слабо. Девушка, судя по хрупкому виду, была серьезно больна. Мне казалось, что при первом резком движении она просто рассыплется. - Я... э... я... Вы просто очень похожи на одну мою знакомую. - Частичная утрата дара речи мешала мне вести связную беседу, но вид двух Керрис Бедеккер (пусть немного измененных) действительно выбивал меня из колеи. - И это только потому, что мы дочери генерала Филдинга? - Генерала Филдинга? - заикаясь, переспросил я, мгновенно забыв, что в последнее время называю генерала его подлинным именем - Торренс. Марни посмотрела на меня, а ее бритая сестрица продолжила: - Ничего удивительного. У генерала Филдинга огромное число отпрысков. - И они все похожи на... О... Я хочу сказать... Вы все похожи друг на друга? - Некоторые из нас очень похожи. - Вы слышали о Керрис Бедеккер? - Нет. Почему я должна что-то о ней слышать? - Она ваша точная копия, - сказал я, понимая, что все эти слова по меньшей мере неуместны. - Возможно, вы с ней двойняшки. - Или тройняшки. Или даже две из четверни, - без тени удивления, как о чем- то вполне заурядном сказала девушка. - Вы увидите много людей с его лицом, - добавила она. - Особенно здесь. - Вы здесь живете всю жизнь? - Нет. На север от Параллели меня перевели, когда мне было двенадцать. Я училась в хорошей школе, и меня готовили к карьере в сфере управления. Но я заболела осложненным гриппом и так до конца и не оправилась. - Девушка едва заметно пожала плечами. - Я занимала драгоценное место в классе, потребляла слишком много хорошей пищи. Обучение и содержание калеки - роскошь, которую общество не может себе позволить. Так я и оказалась здесь. Я внимательно вгляделся в девушку. Деликатное телосложение. Почти прозрачная кожа. Сияющие глаза. В ней было нечто эфирное... но что именно, я сказать не мог. Сидящая рядом с ней сестра, напротив, казалась на редкость крепкой и, судя по сердитому взгляду, вполне земной. |
