— И что у тебя случилось с деньгами?

— Они исчезли.

— Майор Осадчий забрал? — предположил Лебедев. — Ты не крути, скажи, как было.

— Я знаю одно, — стоял на своем Шувалов. — Убийца схватил деньги и выбежал с ними на улицу.

Лебедев перестал делать пометки и встал из-за стола.

— Зачем покрываешь этого Осадчего? Все еще помнишь разговоры об офицерском братстве? — по-дружески упрекнул он Шувалова. — Если хочешь знать, Осадчий опозорил свою офицерскую честь. Он же совершеннейший бандит. Да еще и вор, оказывается. С него давно пора содрать погоны. Ему место на скамье подсудимых. С твоей помощью можно прекратить его художества раньше, чем он кого-нибудь убьет.

Шувалов выслушал эту тираду с некоторым удивлением.

— Если вы тут, в ФСБ, считаете его бандитом и вором, — недоумевал Шувалов, — почему же он продолжает службу в главном разведывательном управлении Генштаба?

— Так мне и нужна твоя помощь, чтобы его посадить, — признался Лебедев. — Доказательства надо собрать. Свидетельские показания. Ты же знаешь, как с армейскими непросто. Тем более, когда назначен новый министр обороны — национальный герой. На него в вооруженных силах молятся. Никто его критиковать не решается. Сейчас особисты, военная контрразведка, в трудном положении. К армейским не подберешься.

Шувалов промолчал. Лебедев зашел с другой стороны.

— Двести тысяч долларов, — так же доверительно и заботливо говорил он, — большие деньги. Очень большие. Для нас с тобой, живущих исключительно на зарплату. Не хочешь говорить об Осадчем — твое дело. Но ты тем самым отказываешься и от денег. Я-то тебя знаю. Но у следствия, между прочим, могут возникнуть сомнения. «Как легко он расстался с такими деньгами! Неужто у него есть какие-то доходы побочные?» Вцепятся в тебя, начнут трясти, копаться в грязном белье. Приятного мало. Не думал о таком повороте, Виташа, а?

— Где, кстати, я могу найти Осадчего? — поинтересовался Шувалов, вставая.

— Выдавать место службы военнослужащего не имею права, — отрезал Лебедев. — Это секрет. Вот если бы ты пошел нам навстречу, тогда…

МОСКВА. БОЛЬНИЦА СКОРОЙ ПОМОЩИ

Телефонный звонок Лизы застиг Шувалова в дверях.

— Когда ты приедешь? — спросила она.

Лиза не любила тратить слова впустую. В далекой теперь юности она могла позвонить днем или ночью и, не здороваясь, сказать: «Родители уезжают на дачу через пять минут. Я начинаю раздеваться». И бросала трубку. Попробовал бы он упустить такую возможность!

Шувалов спросил ее, видно, по наитию:

— Ты случайно не знаешь человека по фамилии Осадчий? Он военный, майор.

Ответ был неожиданным:

— Знаю. Грубиян, но занятный. Он несколько раз приезжал в институт вместе с одним важным посетителем.

Шувалов уже понял, кого сопровождали майор Осадчий и его команда.

— Пытался за мной ухаживать, — продолжала Лиза. — Представляешь себе? Гора мускулов, глаза черные, пугающие. Такого на улице встретишь — испугаешься. Приглашал в свой любимый грузинский ресторан. Сказал, что обедает там каждый день. Шашлыки — лучшие в городе.

Майор Осадчий действительно с двух до трех ел в любимом грузинском ресторане. Машина у него была казенная с форсированным двигателем. Пока майор утолял голод, водитель в камуфляжной форме, откинув переднее сиденье, прилег, закурил и уставился на экран переносного телевизора.

Шувалов встал за углом.