— Ты действительно этого хочешь?

— Гарри, прошу тебя…

— Ты объяснила мне только то, почему тебе приходится ехать в Лондон. Но я так и не услышал в твоих словах горячего желания уезжать.

— В моем случае необходимость, возможность и желание удачно совпали. А радости в моих словах ты не расслышал по той простой причине, что я просто устала и мысли мои заняты сборами, — терпеливо разъяснила она.

— Не верю я тебе, Джина, — безапелляционно возразил Гарри и резко добавил: — Не верю ни единому твоему слову, когда ты так спокойно говоришь об отъезде. Я слышу только доводы безысходности. В твоей аргументации столько здравого смысла и ни капли истинного рвения, которое должно сопутствовать столь серьезным переменам. Я докопаюсь до истинных причин твоего поступка, — предупредил он.

— Поступай как знаешь, — спокойно произнесла она. — А я буду делать, как мне велит мое сердце.

— Я с каждой минутой все более и более убеждаюсь, что ты будешь несчастна в Лондоне, — подытожил Гарри.

— А я понимаю все эти наши разговоры так, что ты, преследуя какие-то цели, стараешься меня в этом уверить, — шутливо заметила Джина. — А это не вполне по-дружески, особенно учитывая, что ты сам пытался уверить меня в том, что мы не просто бывшие коллеги, но и друзья.

— Значит, ты предпочитаешь друзей, которые безоговорочно поддерживают тебя во всех твоих безумствах? — нахмурился Гарри.

— Если оглядываться на мою жизнь, то не так уж много в ней было этих самых безумств… А жаль, — насмешливо проговорила Джина. — В твоем-то прошлом, насколько я могу судить, безумств было предостаточно.

— Это точно, — согласился Гарри.

— И если бы не проблемы со здоровьем у твоего отца, они бы продолжались и по сию пору, — предположила она.

— Не исключено.

— Поэтому не стоит тебе так уж рьяно радеть за мое благополучие. Нас свели обстоятельства, которых могло и не быть. И ты мне не друг, не доверенное лицо. Ты — сын моего начальника.

— Бывшего начальника, — уточнил Гарри.

— Вот именно, бывшего… И ты отличный, насколько я могла заметить, профессионал, приятный в общении человек, чрезвычайно привлекательный мужчина…

— Очень приятно слышать это из твоих уст, — очень серьезно отозвался он.

— …но нас ровным счетом ничего не связывает, — договорила Джина.

— Я был уверен, что последует какое-нибудь «но», — удрученно произнес Гарри.

— Что делать, так всегда бывает, — пожала плечами она.

— Не всегда. Иногда достаточно сосредоточиться на положительных моментах, чтобы не замечать несущественные заковырки… Ты сказала, что я привлекательный мужчина. Ты основываешь этот вывод на распространенном мнении или же вложила свое собственное отношение? — въедливо поинтересовался Гарри.

— И то и другое, — неопределенно ответила Джина.

— Ты мне прямо ответь, нравлюсь я тебе как мужчина?

— И как мужчина тоже.

— Что это значит? — допытывался он.

— И как мужчина, и как человек, и как коллега… Мне было очень приятно работать с тобой весь этот год, — сказала она.

— Я думал, этап дежурной вежливости в наших отношениях мы уже миновали, — недовольно поморщился он.

— А чего ты от меня хочешь, Гарри? Откровенных признаний? В чем? — прямо спросила его Джина.