— Короче говоря, когда меня в последний раз арестовали, родители решили, что сыты по горло моими выходками и решили хотя бы на время сбыть меня с рук. И вот я оказалась здесь. Теперь они живут в совершенно пустом доме. Но у меня и этого нет.

Повинуясь внезапно возникшему импульсу, Джу метнулась к ней, заключила ее в объятия и с силой прижала к себе. Потом столь же быстро и резко отодвинулась и, взяв за плечи, всмотрелась в ее глаза.

— О’кей. Все это ужасно. Но теперь ты здесь, и ты жива. Мы только что познакомились с тобой, Элли, но я и сейчас могу сказать, что ты — потрясающая девчонка. Возможно, ты жила в ужасной семье, но отныне твоя судьба в твоих руках. Я хочу, чтобы ты пообещала мне попытаться прижиться в этом месте. Меня, во всяком случае, Киммерия выправила. Теперь это мой дом, а его обитатели — моя семья. И она может стать домом и для тебя.

Элли обхватила себя руками, прилагая максимум усилий, чтобы не расплакаться.

— Хорошо, — прошептала она дрожащим голосом. — Я обещаю.

Джо снова притянула Элли к себе — так, чтобы голова подруги оказалась у нее на плече; так они довольно долго сидели на скамейке, погруженные в свои мысли. Элли в этот момент испытывала два доминирующих чувства: опустошение и утомление.

— Все-таки Киммерия — странное место, — пробормотала она себе под нос. — Кажется, время здесь имеет свои законы. Никак не могу поверить, что я тут всего два дня, а наступающая ночь будет лишь третьей. Иногда мне представляется, что я провела тут уже несколько недель.

Джу кивнула:

— Назовем это концентрированным существованием. В Киммерии за неделю происходит больше, нежели на «большой земле» — за месяц.

Раскинувшись на нагретой солнцем скамейке, они болтали о самых разных вещах, пока день догорал и сад наполнялся тенями.

— Теперь я понимаю, почему тебе так полюбилось это место, — сказала Элли, потягиваюсь. — Оно исполнено волшебства. Вроде того, что встречаешь в детских книгах. Например, в «Секретном саду». Ты ее читала?

Джу кивнула:

— Я всегда…

Ее слова прервал громкий звук, походивший на треск падающего дерева и доносившийся из дальнего конца участка. Девочки чуть не подпрыгнули.

— Что там происходит? — воскликнула Элли, вглядываясь в глубину сумрачного сада и впервые отдавая себе отчет в том, как сильно уже стемнело.

— Понятия не имею, — прошептала Джу, потом посмотрела на часы. — Вот дьявольщина! До начала комендантского часа осталось всего ничего. Нам пора обратно.

Она вскочила со скамейки и потянула за собой Элли. Неожиданно треск повторился, а потом они услышали шаги.

— Что за черт? — прошептала Джу, после чего крикнула: — Эй, кто там ходит?!

Тот, кто шел, остановился.

Девочки замерли, прижавшись друг к другу, и с сильно бьющимися сердцами вслушивались в вечерние шорохи.

— Джу, — прошептала Элли, — а не может ли это быть…

В следующее мгновение они услышали звук, подозрительно напоминавший рычание.

Джу схватила Элли за руку.

— Джу, что еще за чертовщина? — едва слышно осведомилась Элли.

— Откуда мне знать?

— Может, нам… того?…

— Задать стрекача?

— Именно.

— Тогда считаем до трех. Раз, два…

Тишину снова разорвал громкий треск, но на этот раз он слышался совсем близко, буквально на расстоянии пары футов, и доносился из того места, где тени сгустились особенно сильно.