|
- Наконец-то, Бой, - выдохнул Монк, сделав огромный глоток теплого эля. - Мы найдем чертова лорда и эту крошку, подстилку Триса, не сомневайся. Поверь, все это легче легкого, сущие пустяки. Зато, малыш, я покажу тебе настоящую жизнь! - Угу, - согласился Бой, пытаясь говорить членораздельно. - Я люблю Лондон. - Давненько я не был здесь, - пробормотал Монк, плотоядно подмигивая грудастой служанке. - Давненько. - Ч-чудесный г-горд, Лондн. - О, да. А в девяносто втором был еще лучше. Тогда я был совсем постреленком, и стражники сцапали меня, стоило мне только запустить лапу в карман какого-то купчишки. Я, конечно, смылся. Мать к тому времени отдала концы. Я остался совсем один и через два года нашел тебя в Ливерпуле, помнишь? Потом мы отправились во Францию с тем, что успели стянуть у леди Кактаме в Дувре. Эль лился рекой, истории следовали одна за другой, и вскоре приятели дружно храпели, положив головы на стол и ни на что не обращая внимания. Бой хотел увидеть все достопримечательности, особенно лондонский Тауар, и Монк, чувствуя себя вершителем судеб, полный великодушия и благородства, повел приятеля к тому месту, где прелестная леди Джейн Грей <Джейн Грей - одна из жен короля Генриха Восьмого.> когда-то лишилась головы. Зато оба старательно избегали Боу-стрит <Боу-стрит - улица, где находится полицейское управление Лондона>. Джулиан Сен-Клер, граф Марч, уселся рядом с Найтом в читальной комнате Уайт-клуба и без предисловий заявил: - По городу пошли слухи, Найт. Самые неприятные. Возможно, все из- за того, что мы так громко высмеивали тебя и совсем не обращали внимания на тех дураков, которые вертятся рядом. Кроме того, нескольким таким посчастливилось видеть тебя в Пантеон-Базар. Найт, отложив "Gazette", внимательно посмотрел на друга: - Понимаю. Пожалуйста, продолжай, Джулиан. - Мне отвратительно повторять это, но все считают Лили твоей любовницей, а малышку Лору Бет, естественно, твоей дочерью, К сожалению, у нее волосы почти такие же черные, как у тебя. - Не замечал, но, по-видимому, ты прав, - кивнул Найт с ошеломленной улыбкой. - Однако глаза у нее темно-синие, совсем непохожие на мои. - По-моему, сплетники не смеют утверждать, что все дети - твои. Ведь старшему уже девять, не так ли? Ты должен был обладать необыкновенной мужской силой к семнадцати годам, чтобы стать его отцом. "А Лили тогда было всего десять, - подумал Найт, но ничего не сказал вслух, не желая, чтобы Джулиан узнал, как его кузен, женившись на пятнадцатилетней девочке, немедленно наградил ее ребенком". |
